— Я специальный агент ФБР Лорел Сноу, со мной капитан Службы охраны рыбных ресурсов и дикой природы Гек Риверс. Мы хотели бы отнять у вас минутку-другую. — И, не дожидаясь приглашения, Лорел решительно направилась к одному из двух кресел напротив письменного стола.
Доктор Кейн подняла наконец глаза, и тут выяснилось, что она намного моложе, чем ожидала Лорел. На ее лице промелькнуло удивление.
— ФБР? — Розовый ротик приоткрылся, и доктор Кейн недоуменно уставилась на незваную гостью.
— Совершенно верно. — Лорел принужденно улыбнулась и указала на стул. — Вы позволите?
— Да, конечно, — спохватилась доктор Кейн и тоже улыбнулась. В ее взгляде читалось откровенное любопытство. Говорила она с едва заметным британским акцентом. — Пожалуйста. Присаживайтесь. — Волосы у нее были платиновые, густые и волнистые, глаза темно-синие. Гладкая, без морщин кожа свидетельствовала о том, что ей, возможно, около или чуть больше тридцати.
Лорел посмотрела на нее с таким же любопытством.
— Извините. Ознакомившись с вашей биографией, ожидала увидеть кого-то постарше…
Доктор Кейн сдержанно рассмеялась.
— Я нечто вроде вундеркинда. Поступила в колледж совсем еще юной. — Она бросила изучающий взгляд на Гека, который опустился во второе кресло. Эней улегся у его ног. Удостоив капитана лишь крохой внимания, доктор Кейн повернулась к Лорел. — Вы тоже выглядите молодо для специального агента.
Лорел удержала улыбку.
— Да. Похоже, у нас есть кое-что общее.
— Вот как? — Доктор Кейн откинулась на спинку кожаного кресла. — Итак, чем я могу вам помочь?
Гек поерзал, устраиваясь поудобнее.
— Сотрудники Службы охраны звонят вам со вчерашнего дня.
Доктор Кейн взглянула на свой мигающий телефон.
— Ах да… Была занята, не успела проверить сообщения. Что-то случилось?
— Да, — сказала Лорел. — На Сноублад-Пик случился неприятный инцидент, а ваш «Кадиллак Эскалэйд» за последние шесть недель парковался там несколько раз. Мы надеялись, что вы, возможно, видели или слышали что-то, что могло бы нам помочь.
Доктор Кейн положила руки на стол. Кончики ногтей на ее пальцах были розовыми.
— Не понимаю. Какого рода инцидент?
— Почему вы так часто ездите на Сноублад-Пик? — негромко спросил Гек.
Она повернулась к нему.
— Мне нравится бегать там по тропинкам. Пробежки по пересеченной местности полезны как для сердечно-сосудистой, так и для мышечной системы, капитан. — Голос ее зазвучал по-другому: чуть ниже, с хрипотцой, сексуально. Флиртует с Геком? Лорел наклонила голову.
— Здесь вокруг кампуса много хороших беговых дорожек. Почему вы не пользуетесь ими?
— Кто сказал, что я ими не пользуюсь? — Отвечая Лорел, доктор Кейн продолжала изучающее смотреть на Гека. — Мне нравится поддерживать хорошую форму, и я ищу разные маршруты, потому что однообразие приедается, как вам, агент Сноу, полагаю, прекрасно известно. — Она наконец отвела глаза от Гека. — Лорел Сноу… Интересное сочетание, не так ли? Пряное и холодное одновременно [13]. А ваше второе имя, интересно?
Лорел улыбнулась.
— Доктор Кейн…
— Эбигейл. Пожалуйста. — Она потянулась за позолоченной ручкой. — Во время пробежек в том районе я несколько раз видела одного джентльмена. Однажды он поздоровался со мной, и мы даже некоторое время шли вместе, но было холодно, и бо́льшую часть его лица закрывал шарф… Как его звали? Он не представился. Я бы запомнила.
— Он был на вездеходе? — спросил Гек.
Эбигейл повертела ручку в пальцах.
— Нет. Он шел вверх по тропе вдоль Сноублад-Крик. Я запомнила его, потому что шел он очень быстро, но не переходил на бег. Мне это показалось странным.
— Не могли бы вы описать его? — спросила Лорел.
Эбигейл наморщила лоб.
— Не знаю… Думаю, он высокий. Тогда я не обратила на него внимания, но теперь постараюсь это сделать. Я медитирую каждый вечер и сейчас попробую сосредоточиться на воспоминании о нем. В данный момент он просто размытое пятно, понимаете?
Не совсем, но не все же обладают такими способностями к запоминанию, как у Лорел; даже очень умные люди бывают обделены ими.
— Будем признательны за любую помощь.
Агент украдкой оглядела кабинет. Стеклянный стол — определенно женственный, современная мебель, хромированные картотечные шкафы вдоль одной стены. На противоположной — широкое окно, обрамленное несколькими дипломами. Картина маслом за спиной преподавательницы прекрасно запечатлела местные горы Калико с темными грозовыми облаками над ними. Сцена вызывала ощущение трепетного восторга и обреченности.
— Какая прекрасная картина…
— Спасибо, — сказала Эбигейл. — Моя мать написала серию картин, посвященных окружающим Дженезис-Вэлли горам.
— У нее большой талант, — задумчиво добавила Лорел. — А вы пишете?
В докторе Кейн определенно было что-то интригующее. Может быть, потому что они обе были вундеркиндами?
Эбигейл покачала головой.
— Боюсь, что нет. Я сделала для себя небольшое открытие. Люди, которые пишут или рисуют, скрывают за мазками и штрихами слишком много секретов. А вы, агент Сноу, где прячете свои секреты?
