Они, как тени, притаились на крыше здания напротив. Отсюда хорошо было видно площадь и банк. Вот в двери здания вбежал запыхавшийся стражник. Скоро Аквилегия отошлет как можно больше людей прочь.
Дизгария, внимательно наблюдавшая за происходящим, склонила голову к плечу.
— Кажется, она сообразила, что площадь — лишь отвлекающий маневр. Она собрала стражу вокруг банка.
— Это плохо, — промолвил тихо Риливикус, затаившийся рядом.
— Не очень хорошо, — согласилась Дизгария. — Но мы и к этому готовы. Врываемся, остальные будут защищать нас с тыла.
Мы, как легкое перышко, соскользнули с крыши и двинулись вперед. Стража перед банком заметила нас и приготовилась к бою. Дизгария и Риливикус бежали впереди, они разошлись по разным сторонам и в последний момент создали полупрозрачную сеть между собой. Многие стражники по пути упали на землю, запутавшись в сети. Те, кто остался на ногах, были атакованы уже нами. Одного сбила с ног я, наслав на него заклинание, и тут же стражник врос в землю по пояс. Другого околдовал Эшер. Ануир без труда атаковал стражника, попытавшегося перерезать нам вход в банк.
Удивительно, но мы без труда вошли в банк через главный ход. Даже я понимала это, и Дизгария шипела от негодования.
— Это ловушка. Она ждет нас.
Но мы уже оказались в холле. Большое банковское здание, длинные колоны, высокие окна и потолок. Узоры на мраморных плитах. Я глянула на потолок, раздумывая, как добросить до него камень бури. Затем опустила взгляд ниже, и увидела на небольшом пьедестале одиннадцать камней. И Аквилегию в центре круга.
Ее черные блестящие волосы были как будто наэлектризованы. В глазах горел огонь, а на губах была злорадная улыбка.
— Добро пожаловать, — произнесла она, а затем вскинула руки вверх. Люди и часть стражи, что находились в холле, закричали, схватились за голову и упали вниз. Мы замерли, не понимая, что происходит. Первым сообразил Ануир.
— Она подчиняет их рассудок. То же самое было с королем!
И действительно, люди атаковали нас. Среди них было много магов, и в нашу сторону полетело множество заклинаний и проклятий. Но не только маги подчинились воле королевы, среди них хватало и простых людей, например сотрудников банка. А еще я уловила сиреневый блеск глаз в этой толпе. Это же был Арей!
Но хватало и тех, кто избежал подчинения. Люди испуганно закричали и попытались покинуть банк. Среди них даже была Сабрина, сестра короля.
— Мой отец должен узнать об этом, — услышала я в потоке битвы.
Но королева уже никого не выпускала. Никто не должен знать правды о том, что произошло в банке.
Среди обернувшихся против нас врагов самыми сильными, даже страшнее подчиненных магов, были стражники в плотных доспехах. Кажется, Аквилегия полностью отключила в них рассудок, превратив в машины для смерти.
Так началось наше сражение. Было тяжело следить за ходом всей битвы, я пыталась держаться поближе к Эшеру, оберегать нас двоих, пока остальные подходят все ближе и ближе к камням.
— Не забудь вовремя использовать камень бури, — сказал Эшер, и я кивнула. Тут встретилась глазами с Ареем. Он держал в руках меч и бежал прямо на меня. Я в последний момент выставила перед собой щит, прежде, чем меч успел бы проткнуть меня насквозь.
— Это за то, что я бросила тебя после танца? Ну, прости, — прошептала я, не скрывая сарказма. Я не хотела его убивать, но следовало лишить Арея сознания. Интересно, если мы сможем уничтожить камни, к нему вернется рассудок?
Я постаралась ослепить его с помощью яркой вспышки заклинания, а затем оплести магическими путами. Меч — хорошее оружие, но против мага работает, только если застать его врасплох. И я была готова ко всему. Через мгновение Арей уже лежал на мраморном полу и пытался освободиться, а мы продолжали идти вперед. И впереди всех шел Ануир.
Ануир видел Аквилегию среди камней. В нем бушевали разные чувства. С одной стороны, сожаление, с другой негодование — неужели она не знала, что все может обернуться именно так?
Она стояла среди камней. Точь-в-точь, как в том видении, которое показали ему древние. Аквилегия вобрала в себя всю магию камней без остатка, и это разорвало ее, разорвало весь мир, потому что освободило невероятную энергию. Ануир видел это, и пообещал себе, что остановит ее. Ради мира? Ради самой Аквилегии? Не важно. Это нужно было прекратить.
Аквилегия посмотрела ему в глаза, в черных очах было сложно распознать ее истинные эмоции. Она просила прощения? Смеялась над ним? Или ей было все равно? Этого он уже никогда не узнает.
Ее белые тонкие пальцы создали в ладонях что-то вроде небольшого вихря. Она подула на него, превращая легкий ветерок в облако тумана, а затем обрушила его прямо в сторону Ануира. Мужчина понял, что не сможет отклониться, чем бы оно ни было. И это явно нельзя разрезать кинжалом.
