– Да в любую. Все равно. Терять тебе нечего. Ты – на северном полюсе. Куда бы ты ни начал двигаться – везде будет юг. Начни спиваться, как мы с Антоном, и она может придти к тебе из жалости. Запишись в наемники на войну в Чечне и она может придти к тебе из уважения.
– Но она того не стоит!
– Разумеется. Тогда переходим к цели № 1.
– Постой с целью № 1. Но, понимаешь, измениться – слишком сложное решение.
– Естественно. У сложной задачи может не быть простого решения. Тем более, ситуация застарелая. Отношения, извини, огрубели. Засохли. Выкристализовались и вызывают подагрическую боль. Но, если ты настаиваешь, у меня есть для тебя третье решение. Простое и элегантное. Абсолютно природное. Правда, уверенности что оно тебе поможет у меня немного.
– Ну?!
– Прими все как есть. Секс со скрещенными руками, ее нелюбовь к тебе, других ее мужиков. Хотя бы потенциальных. Радуйся всему. Например, отсутствию оргазма. Считай, что вы трахаетесь по-даосски. Радуйся, что у тебя не стоит. Одной проблемой меньше.[26] Словом, радуйся тому, что есть. И хотя результат я не гарантирую, зато предполагаю, что сам процесс станет приятней.
– Хорошо, – сказал Матвей заглядывая в свой стакан с крайне удивленным выражением на лице. – Я попробую. Значит, или № 1, или измениться, или принять как есть?
Я тоже заглянул в стакан Матвея и ничего интересного там не обнаружил. Я отобрал стакан и поставил его на место.
– Да. Ты отлично все усвоил. А теперь послушай про настоящие проблемы.
Я перечислил установленные факты и поделился сомнительными предположениями. Матвей скорчил скептическую рожу. А чего, собственно, от него было ждать?
Потом он попросил меня еще раз рассказать про калипсол. Про видения, про другой мир. Потом Матвей меня удивил.
– Помнишь, – сказал он, – я лет пять назад ездил в Эквадор путешествовать?
– Естественно, – сказал я.
Матвей тогда был на пике цветнометаллической славы и решил попасть чуть ли не на 15 тысяч долларов за путешествие к эквадорским медным рудникам. Думаю, что – рудники – была отмазка. Просто Мотю вставило под предлогом бизнеса устроить себе экзотические приключения на абсолютно противоположную часть планеты. С залетом на Огненную Землю, остров Пасхи и остров Питкерн.
– Отлично. Там мы добрались до местности в верховьях Амазонки, где живет индейское племя шуаров. Охотников за черепами. Ты должен помнить. Я рассказывал. Они убивают врагов отравленными стрелами, выпущенными из специальных трехметровых трубок, наподобие духовых ружей. Потом они отрезают им головы. А потом каким-то образом, хер знает каким, уменьшают ее до размера сжатого кулака, да так, что все пропорции сохраняются, даже выражение лица. Называется эта голова – тсантса. Секрета этой херни не знает никто.
– Помню, Матвей. Ты даже привез одну такую голову. С зашитыми губами. Девушки чуть в обморок не падали.
– Да. Мы там из-за наводнения застряли в одной индейской деревне на неделю. И я за это время насмотрелся на их обряды и наслушался их рассказов. Так вот – шуары убеждены, что дневная жизнь человека полна призраков и обманов, а правда существует только в сновидениях. Во сне даже враги говорят правду, потому что не обременены собственным телом. А так как при нормальном сне сновидений не много, то их нужно вызывать искусственно. Для этого у них существуют специальный напиток. Он получается из отжатия стебля мандрагоры. Называется майкоа. От него наступает оцепенение с грезами наяву. Точно так, как ты рассказывал про калипсол.
– Послушай! Но практику наркотических опьянений использует такое количество народов, что перечислять лень. Одного Кастанеду вспомни.
– А у кого еще есть яд, не оставляющий следов?
– Следов после его воздействия?
– Именно. Животных, убитых этим ядом шуары иногда вообще едят сырыми. Своими глазами видел, как они завалили из своей трехметровой пушки большую обезьяну. Она грохнулась через секунду после того, как стрела попала ей в плечо. А еще через минуту они уже жрали ее мясо совершенно сырым. Я бы даже сказал теплым. Меня чуть не стошнило. Я спросил у проводника, как же так? Отравленная стрела – а они едят и хоть бы хны. Он сказал, что яд действует мгновенно и мгновенно же исчезает. Без всяких следов. И у Химика ведь ничего не нашли в крови?
– Скажу, что ты меня удивил. Шуаров нам только не хватает в жизни. Так что? – сказал я, уже изрядно одуревший от усталости и виски.
– Наркотик-галлюциноген, вызывающий оцепенение, отрезанная голова, бесследно действующий яд – все подходит. Правда, что из этого следует, – я не знаю.
– Что египтяне произошли от шуаров. Или наоборот. Но это не тема на сегодня. Пошли-ка спать.
Мы поднялись из бара и пошли в номер. Кровати оказались раздельными, и слава Богу, Матвей не храпел.
С утра, еще до завтрака мы пошли в бизнес-центр отеля проверить почту. От Антона пришло письмо. Оно оказалось довольно длинным, поэтому мы решили его распечатать. За завтраком (ветчина, свежий хлеб, масло, джем, кофе) мы принялись за чтение.
Собственно Антоновская часть письма была короткой.