На четвёртый день без Володи началась тоска. Всё валилось из рук, я злился на себя. Смешанные чувства накатывали на меня волнами. То мне хотелось трахаться до изнеможения, а то просто увидеть добрые зелёные глаза. Я вспоминал наши вечера. От воспоминаний тут же вставал член, угрожая вырвать на фиг молнию из штанов. Я бегал в туалет и дрочил в кабинке до умопомрачения. Рабочий день тянулся как резина. Вдобавок ещё и голова трещала. Вчера Валерка решил мне запоминающуюся днюху устроить. Приволок ко мне целую компанию в обнимку с пивом и готовыми шашлыками. Шашлыки мы разогрели в печке. Стола у меня большого нет, и поэтому мы устроились на полу. Расстелили газеты, помыли овощи, зелень, брякнули всё это в тарелки, а потом квасили пиво, заедая шашлыками и жуя лук, как коровы траву. Гитару свою я мучить не дал. Сам играл гостям цыганочку с выходом. Потом мы вывалились на улицу и орали песни. В полночь нас разогнали соседи.
На следующий день был отходняк. Я пил чай, играл в «Тетрис» и дрочил в туалете. Рабочий день, называется.
На пятый день я готов был лезть на стенку. Утром проснулся от того, что весь обкончался во сне. Точно помнил, что снился мне Володя.
Я рычал на всех на работе, чего со мной в принципе не бывает. Одёрнуть меня было некому. Шеф уехал в отпуск. В Грецию. На какие деньги, спрашивается?
Профсоюзную активистку я чуть не послал на три буквы. Еле сдержался. Снова бегал в кабинку. На руке уже скоро будут трудовые мозоли. Как спустить пары?
Настойчиво звонил телефон. Я поднял трубку.
- Да!
На другом конце провода ойкнули.
- Извините, я в институт попал?
Блин, Валерка.
- Да, Валер, это я.
- Что рычишь, как зверь?
- Да так. Уже прошло.
- Ну-ну, - проговорил недоверчиво валеркин голос. – Лёшка, пошли сегодня с нами в качалку?
- А, пошли, - согласился я и положил трубку. Пусть будет качалка. Может, напряжение снимет.
В качалке, действительно, стало легче. Два подхода к штанге лёжа, приседания с гантелями, качание пресса.
- Лёшка, не перетрудись! А то потом себя не соберёшь, - посоветовал Валерка.
- Ага, - я кивнул головой и поймал на лету полотенце, брошенное другом.
- Всё, пошли, сполоснёмся. Кулон, какой у тебя красивый.
- Володя подарил, - не удержавшись, похвастался я.
- Он прекрасно выглядит в последнее время. Посвежевший, весёлый. Сегодня видел, аж, удивился. Твоя работа?
- Как сегодня? – я замер с полотенцем в руках. – Он в командировке. Завтра приедет.
- Ну, значит, раньше приехал. - Валерка толкнул меня в душевую. – Давай, шевелись. Наше время заканчивается.
Я стоял под душем, глотал комок обиды и думал, почему мне Володя не позвонил. Разные мысли лезли в голову. Я не мог отвязаться от чувства, что меня обманули.
- Лёшка, ты что такой кислый? Пошли.
Я вытерся, оделся и поплёлся за Валеркой. Ну, почему я всегда всё так близко принимаю к сердцу? Может, когда я приду домой, Володя и позвонит. А может, он звонил, а я тут с тренажёрами обнимаюсь. Уговорив себя, я вышел на улицу.
- Лёшка, давай пройдёмся?
- Нет, Валер, я домой тороплюсь.
- А-а-а-а, - понимающе протянул Валерка. – Ну, пока. А я за пивом.
Я уже подошёл к своему подъезду, как сзади меня обхватили сильные руки.
- Лёша, - жаркие губы поцеловали меня за ухом. – Ты где шляешься?
Только от этого поцелуя и горячего шёпота всё успокоение после качалки тут же испарилось. Джинсы стали тесными.
- Ты же завтра должен был приехать.
- А приехал сегодня.
Я всё не решался обернуться. А вдруг это мираж или игра моего воображения?
- Где твоя машина? – я только сейчас сообразил, что не видел «Мазды».
- В гараже. Ты меня пригласишь к себе?
- Да.
Я зашёл в подъезд, всё также, не оборачиваясь. Обернулся я тогда, когда открыл дверь квартиры и шагнул за порог. Это не было игрой воображения. Володя в светлых брюках и белой рубашке с короткими рукавами стоял передо мной. Я затянул его в коридор, захлопнул дверь и стал целовать чуть солоноватые губы. Скользнул языком в рот. Прижал Володю к стене. Положил руку ему на ширинку и стал тереть член через брюки.
- Ты не позвонил. Почему ты не позвонил?
