Эскадры противников стремительно сближались, поскольку объединенной мощи пяти кораблей было достаточно, Виктор отдал приказ открыть огонь, как только линкор противника попадет в прицел, не дожидаясь достижения эффективной зоны открытия огня. Пускай они понервничают – думал он. Со стороны его "Симаргл" с пристыкованными к нему кораблями выглядел сюрреалистично, а когда они одновременно открыли огонь, то их вид вообще стал фантастичным, как будто пяти свечной канделябр в сполохах огней и несущийся на огромной скорости сквозь пустоту, а за ним крейсер Умарова и два средних пассажирских транспорта в хвосте.
Объединенные вычислительные мощности пяти крейсеров значительно превосходили аналогичные мощности линкора, что позволяло "Симарглу" вести огонь с почти сто процентной точностью. Конечно, ещё оставалась интуиция пилотов, но на таких скоростях они мало что могли сделать, в итоге, когда корабли сошлись на дистанцию действенного огня, у линкора уже больше чем на половину были сбиты силовые щиты, а с уменьшением расстояния, действенность огня выросла. На "Симаргле" щиты держались на уровне восьмидесяти процентов, поэтому он пока шел в лобовую атаку, вызывая весь вражеский огонь на себя и прикрывая собой остальные корабли. Выпустив около сотни ракет среднего радиуса действия, Виктор сосредоточил огонь на носу агарского линкора. Державшиеся позади него крейсера, тоже вышли на дистанцию действенного огня и открыли по "Симарглу" ураганный огонь. Практически все ракеты были сбиты системой ПВО агарцев, но восемь ракет все же достигли своей цели, окончательно сорвав с линкора защитные щиты. Последовавший за этим залп разворотил ему весь носовой отсек.
Получивший тяжелые повреждения линкор сразу отвернул в сторону пытаясь выйти из боя, другие крейсера рванули вперед, прикрывая своего флагмана. Мощность силовых щитов "Симаргла" от частых попаданий снизилась почти до двадцати процентов, но щиты пока держались. Шедшим в кильватере крейсера Виктора судам, пока немного досталось только от случайных попаданий и они не получили повреждений. Сам Виктор был вынужден оставить удирающий от него линкор в покое и сосредоточится на крейсерах противника. После нескольких удачных попаданий и они припустили вслед за линкором. Преследовать противника Виктор не стал, так как он не ставил перед собой такой задачи, для него сейчас самым главным было целым убраться назад в Аратан, так как он сейчас был не один. На его шее мертвым грузом висели два пассажирских транспорта с освобожденными рабами, за которые он сейчас отвечал перед самим собой.
Прорвавшись сквозь агарскую эскадру, его корабли стали уходить в прыжок и спустя час после последнего выстрела, в системе остались только патрулировавшие её агарские корабли, правда в весьма плачевном состоянии. Оставшиеся семь прыжков прошли без особых происшествий. Если не считать за такое встречу с небольшой патрульной эскадрой, которая, только увидев корабли Виктора, тут же пустилась наутек. Немного расслабился Виктор, только когда наконец вышел в нейтральный космос, после чего он взял прямой курс на Тирпен.
Возвращение Виктора назад стало почти триумфальным, ещё бы, разнести к чертовой матери две патрульных эскадры Агарцев. После этого устроить сначала показательный суд над торговцами, а потом и показательную казнь, от которой, цивилизованных граждан содружества бросило в дрожь. Впрочем, чего еще, по их мнению, можно было ожидать от дикарей. Расправу Умарова над бывшим хозяином его сына, на фоне Виктора ни кто даже и не заметил, тем более, что он это и не снимал. Правда, запись казни все же была, это оказалась запись с охранных систем космопорта, которая все и зафиксировала, от начала и до конца. Не успели его корабли выйти в системе Тирпена, как журналисты его сразу завалили просьбами дать им интервью. Толику внимания уделили и освобожденным рабам, которые прилетели на двух пассажирских кораблях.
Не успели они попасть в центр беженцев, как не добившиеся ничего от Виктора и членов его команды журналисты, набросились на освобожденных рабов, как гиены на дичь. К их огромному разочарованию, бывшие рабы смогли мало что рассказать, в основном только о перелете, что определённо было журналистам мало интересно. Даже бой с перехватившей конвой эскадрой агарцев прошел мимо них. Городской дом Виктора оказался в настоящем кольце блокады, журналисты ни в какую не хотели упускать такой шикарный материал. Они уже прознали, что Виктор летал не просто так, а мстя за свою подругу и сейчас всячески это раздували в своих репортажах.
