Внимательно слежу за погодой впереди меня. Мы с лодкой входим в регион, где господствуют тропические шторма и циклоны. Они двигаются с северо-запада на юго-восток, как раз через мой курс. Вот и сейчас зарождается очередной шторм, который к 13 марта пройдет в нескольких тысячах миль по курсу и обрушится на Новую Зеландию. Смогу ли я проскочить между штормами? Молюсь, чтобы Господь меня сохранил.
За сутки прошел 40 миль.
Сегодня Женский день, я поздравил жену Ирину. Если путешественник станет оправдываться какими-нибудь обстоятельствами, значит, он никогда не был им. Когда я звонил по спутниковому телефону Иринушке, то ей сказал, что после этого плавания, дай Бог, если все завершится хорошо, то отправлюсь в самую большую и долгую экспедицию и ее возьму с собой. Она будет называться творческой: я мечтаю на три года уехать вместе с Ириной в Париж, закрыться в художественной мастерской и писать картину. У меня уже есть эскизы «Казнь Иоанна Крестителя».
В наши дни люди не отправляются в одиночку на поиски истины, а я отправился. Как сказано: «Желающий пахать должен иметь свой плуг». Я же вспахиваю океан своими веслами, а вернее, вскапываю.
Там далеко, в Москве, в моей мастерской у стены стоят чистые загрунтованные холсты, ждут меня. «Береги чистоту пространства. Будь ответственным за соизмеримость», – так мне говорил мой первый учитель по живописи Кравченко Кирилл Иванович. Вот я и берегу чистые холсты до сегодняшнего дня, а пора уже начать их закрашивать. Они заждались красок и цвета.
За сутки прошел 43 мили.
Ветер – 5–10 узлов, с востока. Небо в тучах черных. Стараюсь придерживаться генерального курса 255°.
Сегодня вышел на траверз атолла Манихи (Manihi). Он в 120 милях к югу. Это хороший запас по высоте, мне бы все острова проходить на таком удалении.
Стало прохладнее, с каждой милей на юг воздух свежее, особенно ночью. Днем еще парит и душно, а к ночи наступает прохлада. Сейчас ночи красивые: половина луны растет, океан красивый и спокойный – тропические широты, какими мы все их представляем.
Усталость дает о себе знать. Жизнь на борту весельной лодки в разы тяжелее, чем на парусной яхте. Там ты можешь пройтись по палубе, работаешь с парусами, крутишь лебедки, можно читать, яхта идет под парусами на автопилоте, а лодка без гребли не будет идти по курсу. Здесь ты как на галерах, прикованный к веслам: либо сидишь на палубе, либо ютишься в каюте. А если залезешь в каюту – она такая маленькая – словно в гробу. И психологически гораздо сложнее, одиночество сильнее ощущается.
До Брисбена осталось 3500 миль, дай Бог пройти еще 500 миль, и тогда до побережья останется «всего» 3000 миль. Это уже расстояние, которое укладывается в голове. Это Трансатлантика, которую я проходил 22 раза под парусами и 1 раз на весельной лодке «УралАЗ». Это уже свет в конце туннеля.
В детстве я мечтал уехать на Кубу и помогать Фиделю Кастро сражаться с врагами. Моя любимая песня была «Шагайте, кубинцы», кличка – «Че Гевара». Для меня Эрнесто олицетворял Свободу. С детства главным было – стать свободным человеком, понять, что это такое, и стать им. Я никогда не служил никому. У меня нет кабинета и подчиненных, я не участвую в интригах. Не доверяю и не верю ни одному правителю. Не был членом никакой партии. Не принимал ни одной награды.
Есть какая-то постоянная радость от мысли, что со мной ничего нельзя сделать. «Познай праздник, но живи буднями. Познай славу, но полюби забвение».
За сутки прошел 49 миль.
Ветер зашел на северо-запад, пошла встречная волна, толчея, лодку бросает из стороны в сторону. Боюсь поломать весла.
Вчера наблюдал редкое явление природы. Слева по борту, буквально в двух милях, прошел мощный смерч: гигантский хобот из воды, покачиваясь, ушел на юго-восток. Стало страшно.
В воздухе чувствуется напряженность. Природа замерла в ожидании. Днем стоит жара под тридцать градусов, прохлада наступает ближе к полуночи. Природе требуется разрядка, а разрядка в океане – это шторм.
По прогнозу, ветер должен вернуться на северо-восточный, а вот зыбь и волна останутся с западного направления. Впереди по курсу мощные шторма, и отголоски этой непогоды доходят до меня в виде встречной волны.
