Шум в коридоре заставил ее вздрогнуть. Двери лифта открылись, и, увидев, как из него вышел охранник, она быстро выключила экран и вжалась в офисный стул. Луч его фонаря скользнул по комнате, а потом двинулся вдоль стеклянной стены, и только когда исчез на лестнице, она снова включила экран. До установки программы осталось тридцать секунд, и в попытке скрасить ожидание она обратила внимание на украшавшие стены плакаты. Одного из них с нарисованным на красном фоне вольфсангелем, геральдическим символом, который когда-то являлся символом организации «Белое арийское сопротивление», хватило бы, чтобы понять, на чьей стороне с политической точки зрения стояла «Скрытая правда». Пусть даже они и не использовали этот знак на своей веб-странице. Рядом с ним виднелся шведский военно-морской флаг, закрывавший половину стены.
И пацифик.
Она удивленно приподняла брови. Но потом до нее дошло, что они, скорее, воспринимали его как руну смерти, куриную лапу, которой правые экстремисты обычно украшали надгробия своих мертвых товарищей. Экран замигал. Она нажала
«Они рискуют прослыть предателями своего народа за такие гастрономические предпочтения — сами способствуют смешению культур, с чем так рьяно борются. Но нацисты не слишком сильны в логике», — подумала она.
Зеленая полоска на экране компьютера тем временем заполнила все отведенное ей пространство. Заметив это, Линн нажала
Теперь ей нужно было, воспользовавшись случаем, попробовать извлечь еще какую-то выгоду для себя.
Она полистала лежавшие на столе для совещаний бумаги. Большую часть составляли полиграфические буклеты хорошего качества, напечатанные сочными красками на дорогой бумаге. Листовки со светловолосыми детьми. С этническими шведскими семьями. Альбом с европейскими флагами на обложке. Черной униформой. Сельскими пейзажами. Тракторами и пшеничными полями. Высокими, покрытыми снегом горами. Флагами и вымпелами с символикой панъевропейской фашистской партии «Альянс за мир и свободу» (AМС). Она покачала головой. Это название вполне подошло бы в качестве девиза и анархистам. Она удивилась, поскольку эта организация имела прямо противоположные задачи. К партийной программе был приклеен листок с надписью
У Линн все похолодело внутри. Она не проверила этот след в ноябре, когда в последний раз столкнулась с ними. Посчитала, что их, в конце концов, арестовали, когда удалось доказать причастность сотрудников данной компании к стрельбе около SEB банка. Ведь датская полиция имела все основания для того, чтобы отправить ключевых фигур организации в тюрьму. Всю верхушку. Она не стала глубже влезать в это расследование. Поверила Рикарду, когда он сказал, что они все предстанут перед судом. Потом исследование, которое она делала для Королевского технологического института, отняло у нее все время. Она не успела. Или не смогла. Устала от ненависти.
А сейчас они вернулись.
Речь явно по-прежнему шла о деньгах. Для правых экстремистов. Насколько она знала, Европейский парламент усложнил процесс получения средств ЕС экстремистскими партиями, и они беспокоились, что не смогут продолжать свою деятельность.
«И вполне обоснованно», — подумала она, поскольку руководство АМС состояло из одного шведского нациста и одного итальянского фашиста, осужденных за причастность к теракту в Болонье 1980 году, когда погибло сто человек. Вместо этого датчане явно выступили в качестве инвесторов.
