Две подружки приезжают на море, знакомятся с молодыми людьми, – и ни к чему не обязывающий курортный роман становится их судьбой. Эта книга о бессмертной любви и смертельной ненависти – о страстях человеческих. Перед вами сага о жизни нескольких семей, объединенных настоящими и искренними чувствами, духовностью и традициями, желанием правильно воспитать детей и служением любимому делу, – словом, всем тем, чего так не хватает сейчас нам и нашим детям.
После сиротливой южнорусской зимы, после сырого и ветреного марта с его пыльными бурями и поздними снегопадами небеса ниспослали людям весенний подарок – апрель.
В его второй половине на донских просторах уже вовсю хозяйничала весна. Ощутив устойчивое тепло, из земли весело полезла молодая трава, набухли и порозовели на жерделах почки, а кое-где на самых верхних ветках они лопнули, явив миру прелестные белые бутончики. Небо, долгое время скрытое грязно-серыми облаками, умылось проливным дождиком, открыв взорам радостную синеву.
Пережившие очередную гололедную и слякотную зиму бледные горожане дружно высыпали на улицы. Невзирая на середину рабочей недели, городской парк средь бела дня был полон народу. С лотков бойко торговали сахарной ватой, мороженым и сладостями. Гремела музыка.
По центральной аллее праздно шатались сбежавшие с занятий студенты и старшеклассники. На скамейках грелся на солнышке люд постарше. Здесь со знанием дела обсуждали – и осуждали современную молодежь, политиков и действия городских властей. Шум, смех, звуки лопающихся воздушных шаров и разные вкусные запахи плыли над аллеями парка и выплескивались на окружающие улицы.
На детской площадке было потише. В школах еще шли уроки, и на горках-качелях под наблюдением мам и бабушек резвилась, в основном, малышня.
Маленький мальчик, стоя на коленях в песочнице, старательно сгребал влажный песок в большую кучу. Мальчика звали Гена Гнилицкий. Гена был некрасив. На его худеньком личике выделялся тонкий длинный нос, которым он непрестанно шмыгал. Губы у Гены тоже были тонкими, а круглые серые глаза близко посаженными, из-за чего он немножко смахивал на обезьянку. Часто вытирая рукой в песке струйку под носом, Гена растер кожу над верхней губой – она раскраснелась, но мальчик не обращал на это внимания. Его беременная мама вязала неподалеку на скамеечке. Время от времени она отрывалась от вязания и укоризненно говорила:
– Гена, возьми платок, высморкайся!
Но сын только отмахивался. Ему было некогда. Дело в том, что Гена строил тоннель. Он давно мечтал построить тоннель под песочной горой. Но то песочница оказывалась занятой, то какой-нибудь хулиган разрушал его постройку, а то она сама рассыпалась, когда Гена принимался проковыривать отверстие – но только ему никак не удавалось довести дело до конца. И вот сегодня, кажется, все складывалось удачно. Во-первых, с ним была мама и, значит, хулиганов можно было не бояться. Во-вторых, песок был достаточно влажен и хорошо уплотнялся под ударами его ладошек. Значит, можно было не беспокоиться за прочность горки.
Гена спешил. Он по опыту знал, что в самый ответственный, самый захватывающий момент его могут внезапно прервать и увести домой или в какой-нибудь скучный магазин.
Горка была почти готова. Точнее, это была не горка, а настоящая гора – большая, хорошо уплотненная и оглаженная Гениными ладошками. Теперь предстояло самое главное: прорытие самого тоннеля.
– Мальчик, а что это вы строите? – Тоненький голосок внезапно пролился на него откуда-то сверху, как струйка прохладной воды. Увлеченный своим занятием, Гена забыл обо всем на свете и не слышал, как к песочнице подошли. Он поднял голову.
Солнечный свет бил ему прямо в глаза. В его блеске Гена не сразу разглядел девочку, стоявшую у песочницы. У девочки были темные, почти черные, глаза и светлые локоны, сиявшие вокруг ее личика, как ореол.
– Это будет тоннель под горой, – нарочито грубым голосом ответил Гена. Он не любил девчонок и даже немного побаивался их. В детском саду девочки постоянно дразнились и не хотели сидеть с ним рядом из-за его скверной привычки облизывать все время губы и шмыгать носом.
– Меня тошнит от него! – брезгливо заявила хорошенькая Ирочка Соколова, когда ее посадили за один стол с Геной. И демонстративно пересела к кудрявому, похожему на ангелочка, Сашеньке Оленину. После этого Гена возненавидел всех девчонок. А Сашеньку незаметно так ущипнул за мягкое место, что тот отчаянно завопил и стал быстро-быстро вертеть головой в поисках своего обидчика. Но Гена успел спрятаться за толстого Васю Реп-кина, которому и досталось от воспитательницы.
Гена ждал, когда и эта любопытная девчонка уйдет, чтобы продолжить свое занятие. Но девочка не уходила. Наоборот, она проявила явный интерес к его замыслу. Склонив головку к плечику, незнакомка медленно обошла вокруг песочницы, чтобы разглядеть горку со всех сторон. Затем подняла с земли несколько сухих веточек и протянула мальчику.
