– Доброе утро! Я доктор Стивенс, а вы… Люк Уоррен, как я понимаю. Значит, вы два года прожили в лесу в стае диких волков и, по-видимому, научились видеть сквозь стены, – сказал он и повернулся к медсестре: – Где принимает психиатр?
– Я не сумасшедший. Я изучаю волков. Я следовал за стаей серых волков вдоль реки Сент-Лоуренс. Я заставил их принять меня в стаю. Охотился с ними, ел с ними, спал рядом с ними.
Думаю, доктор никогда бы мне не поверил, если бы не увидел показатели моего давления. Он повернулся к медсестре.
– Здесь явно какая-то ошибка.
– Я трижды измерила, – возразила медсестра.
Доктор нахмурился, считая удары моего сердца уже лично.
– Ладно, – наконец сказал он. – Ваш пульс ниже, чем у профессионального баскетболиста, которого я лечил год назад. Если бы я не видел вас собственными глазами, то сказал бы, что вы при смерти. Но дело явно не в этом. А в чем?
– Я сидел на уникальной диете и занимался специальными упражнениям, – объяснил я.
– Вы правду говорите? – не верит доктор.
Я киваю.
Он сидел и слушал, а я объяснял ему, как стал частью стаи. Я рассказал о нашей пище, о том, как мы путешествовали, как охотились, насколько далеко ходили в дозор, как сражались с врагами, как загоняли добычу. К тому времени как я закончил, – спустя час! – он смотрел на меня так, как будто встретил инопланетянина и ему выпал шанс первому провести его всестороннее обследование.
– Я бы хотел взять у вас кровь на анализ, – попросил он. – Чтобы посмотреть, насколько с физической точки зрения повлияла на вас такая жизнь. Вы не против?
Он оставил меня одного, чтобы выписать направление на анализы. Я надел рубашку, но не стал ждать лаборанта, а вышел в коридор, где остановил санитара.
– Вы не могли бы показать, где здесь ближайший туалет? – спросил я.
Он указал мне: прямо по коридору и налево. Я пошел по коридору, но в туалет заходить не стал, а вышел через черный ход, вниз по лестнице, на яркий солнечный свет.
На бордюре сидел плачущий подросток. На голове – огромные наушники, как у диспетчера.
– Слишком громко, – повторял он снова и снова, раскачиваясь из стороны в сторону. Его голос звучал глухо, как будто он разговаривал со дна океана.
Я присел рядом с ним. Через секунду из больницы выбежала женщина. Мне понадобилось все самообладание, чтобы не отскочить в сторону.
– Вот ты где! – воскликнула она, хватая его за руку и поднимая на ноги.
– С ним все в порядке? – спросил я.
– Сегодня ему вживили слуховые имплантаты, – гордо ответила она. – Он к ним только привыкает.
И тут я увидел их – серебряный диск, окруженный коротко остриженными волосами.
