Но вошедшему в раж орку было все равно, он сломал пополам барную стойку, снес пустующий в уголке стол. Немногочисленные посетители и персонал разбежались с криками по стенам и углам.
– Это папин ресторан, не смей крушить его!
– Папин, говоришь?! – И тут Златон рассвирепел еще больше, одного за другим обводя взглядом нелюдей в униформе заведения, от чего те, кажется, даже забыли, как дышать. Лишь смотрели на огромного злого орка такими же огромными от страха глазами.
– Златон, прости меня, это все из-за любви!
– А почему остальные молчат? Что, в курсе были? – На лице зеленого орка застыла жуткая улыбка. – И тишина…
– Злат, пожалуйста, успокойся, давай все обсудим.
– Я хочу обсудить это с теми, кто помогал тебе подливать зелье. – Улыбка Златона сошла с лица, оставляя после себя оскал. Даже Виталик слегка испугался, что уж говорить об остальных? Те, похоже, уже готовились писать завещание и начинать предсмертную молитву. – Это был сговор с целью покушения. Но почему-то так тихо, что, можно подумать, и нет никого.
Он недобро хохотнул.
– Злат, пожалуйста, давай уединимся, я все объясню…
– Так мы разве не одни? Раз мне никто не отвечает, – хмыкнул орк и вдруг повернулся к нагине. – Крошка, мы уже уединились. Слышишь? Тишина. Можешь раздеться и устроить мне вип-танец.
– И ты… тогда ты дашь мне шанс? – спросила девушка, чуть-чуть подумав.
– Разумеется. – Зеленый монстр осклабился. – Станцуешь – хоть два шанса. Давай же, порадуй меня.
– Хорошо…
Для нее словно перестали существовать нелюди в ресторане. И официанты, и гости, и повара. Она глянула на бутылку на одном из оставшихся целыми столиков. Та была открыта, а винная пробка просто воткнута сверху. Взяв бутылку нетвердой рукой, нагиня попыталась откупорить. Та сидела плотно. Девица повозилась и так, и этак, даже глянула молящим взором на Златона – но тот никак не отреагировал. Лишь ухмыльнулся, скрестив руки.
Тогда она, полная решимости, взялась за бутылку зубами, и…
…пробка попала прямиком в горло. Нагиня начала задыхаться, схватилась за столик. Глаза ее расширились. Злат кинулся помогать, но его опередил парень-бармен. Лесовик, заросший бородой и волосами так плотно, будто не брился лет тридцать (возможно, так и было: эти чтят природную «красоту»).
– Кристина!!! – завопил он, кидаясь к синеющей девушке…
– О-о-о, она что, сдохла? – прервал Нику почти с предвкушением.
Виталик покачал головой.
