Притон был полон нелюдей всех рас, расцветок и степени адекватности. Но чертей никто нигде не видел. Они как будто испарились. Наконец пути привели их на пустой балкон. Там стояла всего одна размалеванная сирена. Она даже не сразу сообразила, что от нее хотят. Но потом сказала:
– Так они же в бар поехали. Сказали, у них сегодня ответственная задача и нужно как следует накидаться. Хи-хи.
– В какой бар? – Виктор скрежетнул зубами. – Название знаешь?
Они так не договаривались. Искать чертей по всему городу в его планы не входило.
Девица явно была под какими-то зельями, потому что она захлопала ресницами, не сразу осознавая, что вопрос задан ей. Но все же взяла себя в руки и ответила уже с другой интонацией:
– Ну-у-у, ребятки, вы ж понимаете, за «спасибо» я ничего не вспомню.
Кажется, возможность подзаработать несколько отрезвила ее сознание. Платон без единой эмоции достал кошелек и протянул крупную купюру. Сирена оценивающе глянула на ту и нагло заявила:
– Еще. Думаю, тысяч пятьдесят, и мы договоримся. Или нет. Я подумаю. Хи-хи.
Внезапно по полу балкона пополз черный дым. Полупрозрачный, но такой плотный, что, скапливаясь, казался непроницаемой завесой. Дым подплыл к ногам сирены, щупальцами начал обвивать ее тело, добрался до шеи. Та взвизгнула, стала панически отряхивать конечности и вертеть головой.
– Так что насчет названия бара? – тяжелым голосом проскрежетал Платон.
– Ай!!! Спасите!!! – верещала сирена.
– Повторяю в последний раз: как назывался бар?
– «Пристанище»! Уберите их!!!
Платон ничего не сделал, но дым исчез так же внезапно, как и появился. Сирена рухнула на загаженный пол и начала рыдать, раскачиваясь из стороны в сторону.
– Тебе не опасно применять силу? – уточнил Виктор, когда они вышли из притона и направились к машине. – Ты ж вроде как с недавних пор магический импотент.
– А кто ей поверит? – равнодушно спросил Платон. – Какая-то опустившаяся сирена что-то якобы увидела. Что она скажет арбитрам? «Я надышалась запрещенными травами, и мне показалось, что меня душит черный дым»? Кроме того, имени я не называл, а операцию мы все же проведем где-нибудь в другом месте.
– Она может знать меня.
– О да. «В притон пришел Виктор Ковтун с каким-то мужиком, а потом меня начал душить черный дым», – насмешливо поправился Платон. – История не стала правдоподобнее. Мало ли с тобой шляется темных магов? Или ты думаешь, что она потащит арбитров в притон, чтобы устроили тут обыск? Глупости. Поехали…
