Науз, усевшись на толстую лиану, долго отдыхал в вершине дерева, прежде чем спустился вниз. Его правое ухо раздулось и увеличилось в три раза, зато левый сапог имел каблук на зависть "бедного напарника". Спускаться вниз по высоким ступеням горемыке не хотелось, и он решил обойти кряж. После победы над птицей, охотник неоправданно решил, что угрозы остались позади и, охая от боли и хромая, но несмотря по сторонам, побрел возле кромки леса.
В джунглях раздался треск, который начал быстро приближаться. Кто - то массивный и сильный ломился сквозь чащу на опушку. Науз, позабыв о боли, метнулся к развесистому дереву и замер, прижавшись к стволу. Громадный хищник выскочил из леса и внимательно осмотрелся (Это был матерый пещерный волк). На беду, оробевшего охотника он имел превосходный нюх и, конечно, быстро обнаружил, где скрывается добыча. Монстр лапами раздвинул ветки дерева, чтобы схватить человека, но опоздал с нападением - тот спрятался за стволом. Хищник обежал дерево и снова раздвинул ветки, но пронырливая жертва успела заскочить за ствол. Тогда монстр обхватил его длинными мощными лапами и едва не пригвоздил Науза к древесине прочными как сталь когтями.
Горемыка в момент сообразил, что хищник сделал серьезную ошибку и выстрелил из лазерного бластера в ближнюю лапищу зверя. Из-за поспешности действий выстрел оказался неудачным, от него разлетелся в прах единственный коготь монстра. Хищник пришел в неистовство и, оглашая окрестности ревом, начал яростно сдирать кору со ствола лесного великана. Науз отскочил в сторону и, петляя между деревьями, устремился в лесную чащу.
Вскоре охотник догадался по тяжелому топоту, который становился все ближе, что хищник снова гонится за ним. Раскидистых деревьев не встретилось и, казалось, спасения нет. К тому же впереди располагалась довольно широкая поляна с небольшим озерком в центре. Оно являлось досадным препятствием, но не сулило защиту. Зато ее, вероятно, обеспечит старая глубокая нора под корнями толстого дерева, единственного на поляне. (Большая куча вырытой земли с явно осевшим верхом говорила о ее размерах). Науз интуитивно догадался: нору сделали не хищные животные, а крупные грызуны, которые живут в озере. Собравшись с последними силами, охотник ринулся к подземному вместилищу, опустился на четвереньки и пробрался внутрь.
Он собрался развернуться, чтобы использовать оружие, но в этот же драматический момент хищник приблизился к норе и, вытянув длинную лапищу, ударил ею наугад. Этот выпад не принес вреда охотнику, но он лишился второго каблука. Разозлившись на грозного противника, Науз принялся палить в него из бластера, но только лишь обжег ему шерсть и привел в неописуемую ярость. Волк решил раскопать почву, чтобы дотянуться до добычи и разорвать ее на части. Ощутив смертельную угрозу, охотник принялся бросаться подсохшей земли в морду кровожадного чудовища и засорил ему глаза. Монстр немедленно бросился к озеру, чтобы окунуться с головой и восстановить зрение. Используя удобный момент, горемыка помчался в чащу леса.
Ему встретился мелкий ручей, который вытекая из болота, питал озерцо на поляне. На низких его берегах росла мягкая и редкая трава, она не препятствовала бегу. К тому же лишившись каблука на охотничьей обуви, Науз перестал хоромать. Впереди заблестело болото, и охотник перешел на шаг. Почва под ногами колебалась и пружинила, из нее все сильнее струилась вода и нужно было искать обход.
Раздумья охотника прервал яростный рев хищника. Это волк разыскал его по следу и продолжил неустанную погоню. Очевидно, кровожадное чудовище подстегивал лютый голод. Горемыка заметался у болота пытаясь найти тропу, по которой можно было убежать, но она не обнаружилась, и он пятился к бездонной трясине. А волка, естественно, бесила неуступчивость добычи, и он решил ее схватить за счет мощного рывка вперед. Науз интуитивно догадался о намерениях хищника и приготовился отпрыгнуть в бок. Монстр атаковал справа, а охотник отскочил влево и с трудом избежал гибели. Но хищник не сумел остановиться, проскочил по инерции вперед и провалился в топь. Он исступленно ревел и молотил по жидкой грязи мощными передними лапами, но этого было недостаточно, чтобы выбраться на твердый берег из липучей трясины. И она его вскоре засосала в свою "ненасытную утробу".
Горемыка, не веря глазам, наблюдал до конца гибель смертельного врага. Но когда тот исчез в пучине, а по поверхности болота побежали большие пузыри, охотник помчался как стрела от страшного и пагубного места. Он лишь тогда остановился и перевел дух, когда уперся в сплошную чащу сваленного бурей леса. Здесь недавно "поработал" ураган. Он сломал трехсотлетних великанов словно неокрепшие прутья, нагромоздил возле них исполинских размеров шалаши из бесчисленных веток и стволов и завалил звериные тропы изуродованными кронами деревьев. Горемыка догадался: чтобы выбраться из этого хаоса на надежную дорогу нужно взобраться на самое высокое место и внимательно осмотреть окрестности.
