Одна к печали полностью

Она закусывает нижнюю губу. Затем медленно, долго выдыхает.

– А как насчет дневника?

– Лолы больше нет. Мы не можем попросить ее пояснить свои слова. Мы точно не знаем, писала ли она о мистере Уиллисе, так что полиции будет все равно. И ты видела его фото с невестой в Париже, дату и все такое. Он не может быть замешан в ее смерти.

– И все же он хищник.

– Его тут больше не будет.

– Айви.

– Оставь это, Одри. Прошу.

Телефон жужжит в кармане, и я опускаю взгляд, чтобы увидеть, что Кловер наконец ответила на мое предыдущее сообщение. Я резко выдыхаю. Она еще не знает, что мы раскрыли правду о ее подкасте. Разворачиваю телефон, чтобы показать его Одри.

– Готова к еще одной схватке? Одну закончили, вторая предстоит.

Одри кивает, и мы выходим из учительской, следуя извилистыми коридорами к башне. Благодаря Тедди наши карты дают нам полный доступ, и мы мчимся вверх по лестнице. Проходя мимо художественной комнаты, я заглядываю внутрь. Это огромное круглое помещение в два этажа и с окнами до самого пола. Стены увешаны работами студентов, некоторые из них написаны много лет назад. Я замечаю лысину мистера Ярроу, моющего кисти в раковине, но не хочу, чтобы он нас заметил, так что мы идем дальше, поднимаясь все выше и выше, пока не находим комнату 3А. Из-под двери просачивается лучик теплого света. Приближаясь, мы слышим голос Кловер.

– Она ведет запись? – шепчет Одри.

Я чувствую, как руки невольно сжимаются в кулаки, и делаю глубокий вдох, чтобы подавить поднимающуюся злость.

– Еще один эпизод! Или, лучше сказать, еще немного денег на расходы! – вскрикиваю я, когда мы врываемся внутрь.

Кловер едва не подпрыгивает на стуле, глаза ее широко распахиваются от испуга, руки закрывают экран ноута. Но когда она видит, что это мы, а мои слова – доходят до нее, то хихикает и медленно снимает свои потрепанные наушники.

– Значит, вы узнали о Патрике? Не буду спрашивать, откуда у тебя эта личная информация, Айви. – Она закатывает глаза. Почему эта девушка ведет себя так, будто ей не пятнадцать, а двадцать пять и она вообще ничего не боится? Это совершенно сбивает меня с толку.

– Кловер, какого черта ты делаешь? – Я сажусь рядом с ней, а Одри прислоняется к закрытой двери позади меня. Я чувствую, что лучше дать ей возможность во всем признаться самой.

– Слушайте, я не совсем понимаю, чего вы добиваетесь или почему считаете, будто тот факт, что мне платят, хоть как-то влияет на то, что Лолу убили, но…

– Ты шутишь? Кловер, твой журналистский авторитет полностью подорван тем фактом, что Патрик платит тебе. Как можно сидеть тут и выдавать выдумки о мертвой девушке, тыча пальцем в невинных людей так, как ты это делаешь? Что, еще недостаточно народу пострадало?

Она качает головой.

– Я делаю это не только ради денег… честно. Деньги Патрика помогли раскрутить это все, но я бы сделала это с ним или без него. Все, о чем я говорю и что обсуждаю, правда. У меня действительно была анонимная наводка. Я действительно считаю, что в этой школе творится нечто плохое. К тому же я не называю прямо имен, так что нет никаких пострадавших «невинных людей».

Кловер начинает возиться со своим ноутом и перетаскивать аудиофайлы на временную дорожку.

– Я просто хочу справедливости, Айви. Хочу выяснить правду. Вот и все. – Она смотрит мне прямо в глаза так пронзительно и многозначительно, что мне становится немного не по себе. – А это значит, нужно выпустить последний подкаст до вечеринки на Самайн. Так что я слегка против того, чтобы все прекратить, если вы не возражаете.

Мы с Одри смотрим на нее, окаменев. Но Одри первой выходит из ступора. Для нее не существует многих лет дружбы и предательства, через которые я прямо сейчас пытаюсь продраться.

– Тогда скажи нам, кто, по-твоему, «убил» Лолу? Если ты утверждаешь, что все это не выдумка, что тут вообще обсуждать? Почему бы просто не разоблачить этого человека и не привлечь полицию?

– Я пока не могу этого сделать. Мне нужны еще кое-какие улики, чтобы полиция поверила мне безоговорочно.

– Значит, ты не знаешь, кто это, – резюмирует Одри.

– Нет, знаю! Ну разве вы не понимаете? – Глаза Кловер теперь сверкают. – Подкаст давит на них. Они знают, я близка к тому, чтобы получить неопровержимые доказательства. Они были осторожны, очень осторожны, но под давлением даже умные люди совершают ошибки. И, поверьте мне, этот человек не только умен и осторожен, но и опасен. Они убили Лолу не случайно, и они с легкостью убьют снова. – Она закрывает ноут и встает, отсоединяя его от сети.

– Так кто? Какие у тебя доказательства? Может, мы можем помочь… усилить давление еще больше, – спрашивает Одри.

– Я не обязана вам отвечать!

– Не будь такой глупой, Кловер, – рявкаю я, терпение у меня иссякло. – Расскажи нам, а мы расскажем тебе, что мы обнаружили и что, как нам кажется, полностью противоречит твоей истории.

– Голословность – это не круто, Айви. Мне не интересно, что ты нашла. Моя «история» на данный момент довольно правдоподобна.