Одна маленькая вещь полностью

Чейз старательно избегает смотреть в мою сторону всю оставшуюся часть смены, но я не могу отвести от него глаз и перестать трогать свои губы.

Он поцеловал меня в ответ. Рождество пришло раньше времени.

Я улыбаюсь, и улыбка не покидает моего лица, даже когда я возвращаюсь домой к родителям с мрачными лицами. Я машу им обоим рукой. У папы, наверное, был плохой день в магазине, а мама постоянно жалуется, как риелторы недовольны отчетами о расходах. Я взлетаю наверх по ступеням. Стою под душем и напеваю под нос, пока переодеваюсь.

На «Спотифай» я нахожу безумно смешанный плей-лист песен о любви, заваливаюсь на кровать и слушаю. Оказывается, есть старые группы с такими названиями, как REO Speedwagon или The Bangles. Кто бы мог подумать?

Примерно через час слышу, как мама кричит снизу, что ужин готов.

– Есть какие-нибудь планы на Хеллоуин? – спрашивает она, когда мы садимся за стол. До сезона оранжевых тыкв осталось чуть меньше недели.

– Скар, должно быть, устроит вечеринку. – Воспоминание о Скарлетт немного портит мое хорошее настроение. Я кладу вилку рядом с тарелкой.

Должна ли я упомянуть о Джеффе? Решаю, что нет. Даже если Джефф был таким же засранцем три года назад, родители все равно будут без ума от него, особенно папа: он считает, что Джефф – лучший парень на свете. Еще я не хочу злить их тем, что Джефф встречается со Скар. Лучше, если они не будут знать.

Я беру вилку и продолжаю есть.

– Это хорошо. Полагаю, надо будет сшить тебе костюм.

– Если мы позволим ей пойти, – напряженно говорит папа. Он был мрачен с тех пор, как мы сели. У него точно сегодня плохой день.

Мама вздыхает.

– Дейв, мы обсуждали это. Бэт прекрасно себя вела, с тех пор как… – Она замолкает, но я знаю продолжение.

«С тех пор как она пошла в полицейский участок защищать убийцу нашей дочери. С тех пор как помчалась к нему домой, когда мы переворошили ее спальню. И бог его знает, что она делала с этим парнем».

– Прекрасно себя вела?! – эхом отзывается отец, и я чувствую холодок, потому что это звучит скорее как вопрос, чем согласие.

– А приют? Как дела там? – мама обеспокоенно смотрит на отца. – Ты приняла душ, когда пришла домой. Там что-то случилось?

– Мы мыли собак, и я вся была в мокрой собачьей шерсти.

– Мы? – переспрашивает папа, прищуриваясь.

Крохотный звоночек звенит в моей голове.

– Сотрудники, – говорю я, опуская взгляд.

– Ты и Сэнди?

Его тон заставляет меня поднять голову от тарелки. Этот тон говорит: «Я знаю, ты что-то скрываешь». Я смотрю на маму, потом снова на отца. Они знают. Он знает, по крайней мере. На этот раз звоночек звенит громче. «Держи себя в руках, Лютик, – советую я себе. – Это будет неприятно».

– Нет, я и Чейз, – отвечаю я. Это правда, но я надеюсь, родители не спросят, кто такой Чейз.

– Кто такой Чейз? – спрашивает мама.

Слишком смелые надежды.

– Он работает в приюте. Хороший парень. Он…

Звук отцовской ладони, хлопнувшей о стол, едва не оглушает. Все приборы громко звенят. Свежеиспеченная булочка скатывается с тарелки и подскакивает ко мне. Я едва успеваю поймать ее.

– Это Чарльз Доннели, – рычит папа в ответ маме.

Ее глаза распахиваются.

– Что?!

Он зло и нервно зачесывает волосы назад.

– Наша прекрасно ведущая себя дочь не потрудилась рассказать нам, что она работает с этим… этим… преступником последние две недели.

Мама задыхается от ужаса.

– Бэт, это правда?

Я стискиваю вилку в кулаке.

– Да, и я не могу ничего с этим сделать, поэтому и не рассказывала вам, – лгу я. – Хотя он относится ко мне с большим уважением.

Лицо матери бледнеет.

– Он работает с тобой… – говорит она потрясенно.

– Я не могу влиять на то, кого нанимают владельцы. Но вам не стоит волноваться о том, что мы работаем вместе…

– Мы не волнуемся, – отвечает отец, – потому что он уже не работает с тобой.

Я роняю вилку. Она звенит о тарелку.

– Что ты хочешь сказать?

– Я позвонил в приют и сказал им, что, если там будет работать убийца, я жизнь положу на то, чтобы закрыть их дело.

Я просто вне себя. Что?

– Нет, – говорю я, вскакивая на ноги. – Ему нужна эта работа! Это условия его испытательного срока: работать неполный день.

– Очень жаль. – Папе вовсе не жаль. Он надеется, что Чейза отправят обратно в тюрьму.

Я глубоко вздыхаю, пытаясь контролировать поднимающуюся злость. Поверить не могу. Как папа вообще узнал, что…

– Джефф сказал тебе, не так ли? – требовательно спрашиваю я, после того как меня осеняет догадка. И я пыталась еще защищать этого засранца.

– Да, – огрызается отец.

– Знаешь, он встречается со Скар, – язвительно говорю я. – Вот как он узнал об этом. Потому что они с ней пришли сегодня в приют.

– Я знаю, что он встречается с твоей подругой. Почему бы и нет? В отличие от некоторых в этом доме, Джефф всегда был откровенен с нами.