Узнав, что сводный брат остался сиротой, Коул Хендерсон летит в Атланту. Он намерен убедиться, что маленький Закери в надежных руках, и тут же вернуться на Аляску, но встреча с тетей малыша Эмбер Уэлсли меняет его планы.
Прислонившись к верстаку в ангаре «Авиэйшн-58», расположенном в аэропорту города Джуно, штат Аляска, Коул Хендерсон посмотрел на первую полосу газеты «Дэйли Бюро». Наверное, новость об авиакатастрофе должна была вызвать у него какие-то эмоции. В конце концов, Сэмюел Хендерсон был его биологическим отцом. Но он понятия не имел, что ему следовало сейчас чувствовать.
Дверь, расположенная поблизости, открылась, и в огромное помещение ворвался холодный ветер с хлопьями снега. Было уже десять утра, но здесь, на севере, в это время еще темно.
В ангар вошел Лука Додд, лучший друг и деловой партнер Коула, и направился к нему вдоль корпуса шестиместного самолета «Комодор», находящегося на ремонте.
— Ты уже в курсе? — спросил Лука.
— Да, в курсе, — ответил Коул.
Лука снял кожаные перчатки и шерстяную шапку:
— И что ты думаешь по этому поводу?
Свернув газету, Коул бросил ее на верстак:
— Ничего. О чем тут можно думать? Человек погиб.
В дальнем конце ангара раздался шум воздушного компрессора и дрели. Бросив взгляд на самолет, Коул обнаружил, что двое механиков приступили к починке мотора.
— Он был твоим отцом, — заметил Лука.
— Я никогда с ним не встречался. Он даже не знал о моем существовании.
— И все же…
Коул пожал плечами. Брак его матери Лорен с Сэмюелом Хендерсоном, чья семья владела авиакомпанией «Коуст Иггл эйрлайнз», с центральным офисом в Атланте, был непродолжительным. Она никогда не скрывала от Коула его происхождение, но советовала ему остерегаться Хендерсонов.
— Восемь погибших, — прочитал Лука, открыв газету. — Судя по первым предположениям, причиной катастрофы стало обледенение и сдвиг ветра. Для Атланты это редкость.
— Это сочетание может быть очень опасным, — заметил Коул.
— Пилот с Аляски наверняка смог бы с ним справиться, — сказал Лука.
С этим Коул не мог поспорить. На Аляске пилоты намного чаще имеют дело с плохими погодными условиями.
Он снова бросил взгляд на заголовок газеты. Безусловно, ему было жаль людей, жизнь которых так трагически оборвалась. Он сочувствовал их близким, но его лично эта трагедия не коснулась. Сэмюел Хендерсон был для него чужим человеком, который разрушил жизнь его матери тридцать два года назад. Когда его мать Лорен умерла от рака в прошлом году, он, напротив, глубоко скорбел. Вряд ли эта боль когда-нибудь утихнет.
Сразу после их с Лорен тайного бракосочетания в Вегасе Сэмюел под давлением своих могущественных родителей развелся с ней. Она была совсем молода и ждала ребенка. Имея на банковском счете всего несколько тысяч долларов, она отправилась на Аляску, испугавшись, что влиятельное семейство может узнать о ребенке и забрать его у нее. Спрятавшись в маленьком городке на Аляске, она работала день и ночь, чтобы обеспечить себя и сына, и экономила каждый цент. Окончив летную школу, Коул много лет усердно трудился, чтобы основать собственную авиакомпанию.
— На веб-сайте опубликовали фото малыша, — произнес его партнер.
В статье говорилось, что у Сэмюела и его молодой жены Коко есть сын, которого они, к счастью, не взяли с собой в роковую поездку. Помимо четы Хендерсон, на борту находилась престарелая мать Сэмюела и несколько топ-менеджеров «Коуст Иггл эйрлайнз».
— Он симпатяга, — добавил Лука.
Коул ничего на это не ответил. Он не видел фотографию и не имел ни малейшего намерения на нее смотреть, поскольку его эта история абсолютно не касается.
— До тебя уже дошло? — спросил Лука.
— Что? — спросил Коул, направившись по коридору в сторону офиса авиакомпании. Ноябрь — самый спокойный месяц для «Авиэйшн-58», но работы все равно хоть отбавляй.
Его партнер последовал за ним:
— Этот малыш, Закери, единственный наследник Хендерсонов.
— Уверен, о нем есть кому позаботиться.
Несомненно, у Закери будет целая армия попечителей и слуг, которые будут обеспечивать его всем необходимым и исполнять каждый его каприз.
— Он остался один в целом мире, — сказал Лука, нарушив ход его мыслей.
— Это вряд ли.
— Ты теперь его единственный родственник.
— Я ему не родственник.
— Ты его сводный брат.
— Нас ничего не связывает, кроме генов.
— Ему всего девять месяцев.
— Моя мать говорила, что Хендерсоны — чудовища.
— Те Хендерсоны все погибли. Остались всего два представителя этой семьи — ты и Закери.
— Я не Хендерсон.
— Ты давно не заглядывал в свои водительские права?
Коул открыл тяжелую дверь, за которой начиналось помещение офиса, и они оба вошли в нее.
— Ты прекрасно понял, что я имею в виду.
— Я точно знаю, что ты имеешь в виду. Пусть алчные шакалы окружают невинное дитя, а ты отойдешь в сторону.
— Мне нет необходимости отходить. Я никогда не был рядом.
Кэрол Рунионс, старший менеджер, выглянула из своего кабинета:
— Рейс один-семь-два отложен из-за технической неисправности. Мне подготовить «Файв-браво-сьерра»?
Коул посмотрел на часы. Самолет с девяноста пассажирами на борту должен был вылететь в Сиэтл через двадцать минут.
— В чем проблема? — спросил Лука.
— В световом индикаторе давления в кабине.