Одна ночь с тобой полностью

Они обогнули один поворот, затем другой; заросли, казалось, уже готовы были сомкнуться вокруг них. Но Сет шел дальше, и его широкие шаги были такими уверенными, что Джейн не сомневалась: он знает, куда идет. Его пальцы соскользнули с ее запястья к ладошке и переплелись с ее пальчиками. От столь интимного движения сердце Джейн забилось еще быстрее, и она вспомнила, как в былые времена с тоской смотрела на его руки, глядя, как он держит бледную ладошку ее сестры в своей, когда они шли впереди нее. Как же Джейн хотелось почувствовать, как ее пальцы сплетаются с его, пройтись по фамильному саду бок о бок с ним! В груди у Джейн вдруг стало тесно при воспоминании о том, как Сет и Маделин держались за руки.

Сет свернул с тропинки и углубился в заросли. Джейн споткнулась о корень. Сет подхватил ее, не давая упасть, и на мгновение прижал к своей широкой груди, и женщине показалось, будто она слышит, как бьется его сердце, столь же возбужденное, как и ее собственное. Свободной рукой она ухватилась за его бицепс, чувствуя, как заиграли у нее под пальцами его мускулы.

Одним резким, неожиданным движением Сет развернул Джейн к себе лицом и прижал ее спиной к дереву, словно к широкой стене, царапая нежную ткань ее золотистого платья.

– Теперь я вас не отпущу. – Его полный решимости голос прорезал тишину.

– А я этого и не хочу, – ответила Джейн.

Она сказала правду, но это уже не имело значения. Потому что она все равно уйдет, чего бы ей это ни стоило. Эта ночь принадлежала ей. А потом она оставит своего мужчину и удалится.

Джейн едва различала в темноте его силуэт, словно скала возвышавшийся над ней. Откуда-то издалека доносился смех, и звучали слабые аплодисменты.

Словно прочтя ее мысли, Сет невнятно пообещал:

– Здесь нас никто не увидит.

Он погладил Джейн по щеке, а потом мозолистой подушечкой большого пальца коснулся линии ее сомкнутых губ.

Джейн открыла рот, но не издала ни звука. Она даже не представляла, что полагается говорить в таких случаях. Застенчивый или жеманный ответ казался ей неуместным. Вместо этого она укусила Сета за палец, а потом лизнула то место, куда вонзились ее зубы.

Сет застонал.

– Я все время думал о тебе.

– Я тоже, – выдохнула Джейн, а потом залилась краской стыда. – Я имею в виду, – запинаясь, пробормотала она, – что ты… Я тоже думала о тебе.

Причем почти всю жизнь.

– На этот раз ты от меня не убежишь, – заявил Сет, упираясь руками в ствол дерева по обеим сторонам от ее головы, словно запирая ее в клетку, как уже случилось сегодня днем.

Сердце Джейн сбилось с ритма. «Я не хочу убегать от тебя. И никогда этого не хотела. Ты был тем, к кому я хотела убежать».

Словно услышав ее слова, Сет откликнулся на зов ее изможденной, страдающей от жажды души. Он прижался к Джейн всем телом, так что она ощутила каждый его выступ и впадинку.

А потом Сет принялся целовать ее.

Глаза Джейн медленно закрылись, и она едва не лишилась чувств от полноты ощущений. Какое блаженство! Сет… Тот самый герой, что приходил к ней в несбыточных мечтах. Будучи девчонкой, Джейн убеждала себя в том, что, если очень сильно захотеть и усердно молиться, он полюбит ее. Однажды это непременно случится. Должно случиться. Восемь лет минуло с той поры, как ее сердце рассталось с этой глупой верой. С той поры, как Сет исчез. С той поры, как она вышла замуж за Маркуса. С той поры, как она забыла, что это значит – мечтать.

Но сегодня, похоже, ее мечты наконец станут реальностью. Сегодня Сет будет принадлежать ей. Или, точнее, Авроре. По крайней мере, на одну ночь. Этого будет достаточно. И она успокоится.

Коснувшись языком ее языка, Сет запустил руки в ее волосы, и заколки градом посыпались на землю. Вместе с ними улетучились последние доводы разума – если они вообще оставались к тому времени. Язык пламени разгорался внизу ее живота, набирая силу, пока Джейн не почувствовала, что изнемогает от желания. Руки Сета скользнули ниже и легли на ее ягодицы, лаская их сквозь ткань платья.

Джейн застонала, не размыкая губ, в которые он впился поцелуем. Юбки мешали ей испытать долгожданное наслаждение.

Она прижалась к Сету всем телом и обвила руками его шею, удивляясь сладкой боли, пульсировавшей в ее естестве. Она никогда не испытывала ничего подобного, даже в самом начале замужества, когда Маркус еще не избегал ее постели. Но эти ночи, какими бы скоротечными они ни были, оставляли у нее лишь чувство… легкого удовлетворения. Еще никогда Джейн не испытывала столь жгучей страсти. Никогда не горела в огне желания.

Ее пальцы перебирали волосы Сета, наслаждаясь их шелковистой мягкостью и возможностью трогать каштановые кудри, которые в ее детских воспоминаниях шевелил и ерошил летний ветерок.