«Одна снежинка» – это добрая сказка о волшебстве, дружбе и надежде. Алина совсем перестала верить в чудеса после горького разочарования в детстве. Но судьбоносная зимняя прогулка в лес в канун Нового года переворачивает её мир.Вместе со своим лучшим другом Хароном Алина попадает в беду, но на помощь им приходит таинственная Снежинка по имени Андора. Оказывается, магия на самом деле существует! Алина узнаёт о тайнах волшебного мира и даже встречает в лесу сверхъестественных созданий.Но радость чудесного открытия омрачает болезнь Харона. Алине и её новой подруге Андоре предстоит пройти через испытания, чтобы спасти юношу. Удастся ли им одолеть все преграды? Сможет ли Алина вновь поверить в добро и волшебство?Рассказ окутан очарованием зимней сказки. Яркие персонажи, захватывающий сюжет, волнующие повороты, трогательные моменты – книга не оставит читателя равнодушным. Идеальное чтение для холодных зимних вечеров!
За окном уже неделю лежали сугробы. Благодаря свету луны, что отражался бликами на снегу, складывалось впечатление, будто мороз расщедрился на дары и усыпал деревню маленькими драгоценными камнями. Звёзды на небе перемигивались друг с другом, и не смотря на то, что время было уже за полночь, на улице было довольно светло. Даже трусишка Харон сегодня не побоялся выйти за дровами в сарайку рядом с домом.
– Я смелый пятилетний мусина, – шептал он под нос, подбадривая себя.
– Бу! – крикнула из-за угла весёлая рыжеволосая девчонка. От подпрыгнувшего в страхе Харона Лина закатилась звонким хохотом. Мальчик же надул губы, бросил авоську, в которую должно было поместиться около четырёх поленьев, и отвернулся, не желая видеть эту несносную соседку.
– Опять обиделся? – разминая пальчиками скулы, что теперь болели от долгого смеха, учтиво и уже без доли издёвки спросила она, обходя Харона со спины. Он снова отвернулся, девочка в прыжке попыталась заглянуть в его обиженное лицо, но не успела и уткнулась носом ему в затылок.
– Сначала пугаесь, теперь исё и бьёсь.
– Ну не дуйся, я не специально, скучно мне.
– Так отдыхать иди.
– Не хочу, Новый Год, единственная ночь, когда бабуля с мамой разрешают вообще не ложиться.
– Да, мне тозе. Папа говолит, что сегодня нузно мечтать, а не спать.
– Ты загадал желание?
– Ага, исё когда писал письмо Деду Молозу.
– Сам писал?
– Пости дааа.
Лина задрала бровь в знак сомнения.
– Ну лано, мне деда помогал.
– Что загадал?
– Ни казу, не сбудится.
Из дома послышались звуки гармони – видимо, оторвавшись от трапезы, взрослые решили растрясти съеденное.
– Харон! – позвали мальца в приоткрытую дверь. И впрямь, что за дело туда-сюда за дровами сходить, а пропал, словно лес выращивать отправился.
– Иду! – отозвался мальчик, чтобы не переживали.
– А ты загадала, чего хочется?
– Нет.
– А чёё?
– Да как-то подходящего момента не было.
– Он вот он, он сесяс. Сегодня фсё-фсё волсебное.
– Ладно, иди, – посмеялась Лина и подтолкнула мальца в сторону дома. Тот медленно потопал, проваливаясь в снег по колено, и так мелкий, теперь и вовсе как живой пенёк.
– Я есё выду, поленки-то я так и не всял, – бормотал под нос Харон, потирая подмёрзшие щёки.
Лина осталась одна, сейчас в деревне все гуляют, а ей и податься не к кому. Мало того, что рыжая, так ещё и непоседа, другие родители запрещают своим детям с ней водиться, словно озорство – это заразно. Домой идти совсем не хотелось, там бабуля наверняка так же вяжет, сидя у печи. Мама, верно, уже со стола убирает, гостей у них на ужине всё равно не было, они тут люди новые, задружиться ещё толком ни с кем не успели.
«Погуляю рядышком, вдруг кто ещё подышать выйдет», – подумала Лина и пошла лепить снежок, постояла, глядя на маленький комок в рукавицах, решила пусть станет больше, принялась его катать. Долго возиться не пришлось, снега кругом полно было, да и липнет он хорошо. За час делов, ну может, конечно, и полтора, стоял перед ней красивый, высокий, но больно суровый снеговик. Сломанные веточки в круглых плечах выглядели так, словно он упёр руки в боки. А угольки, что удалось найти, сильно сточились, пока ими чиркали для появления искр, поэтому взгляд снежного друга вышел с прищуром.
– Похоже, ещё одного важного ругателя слепила. Ну да ладно, подружимся, – широко улыбнулась Лина своему творению.
– Ну и снегозябра.
Девочка так резко обернулась, что даже капюшон слетел, наконец освобождая огненные волосы. Позади неё остановилась шайка детей. Самой старшей там была девочка, с ней ещё два пацана помладше и совсем маленькая девчушка, которая постоянно на руки просилась.
– Малявка, детское время дзинь-дзинь. Домой иди, а то хорошим людям путь-дорогу страшилами перегораживаешь.
– Ну вообще-то мне семь, а это уже вполне осознанный, быстро обучаемый периодизационный возраст, – вполне спокойно и даже с улыбкой ответила девочка.
– Чего? – вылупилась на неё тринадцатилетняя. – Ты знаешь, умников у нас никто не любит. Дуй отсюда, – топнула она ногой в сторону Лины. Та хоть и дёрнулась, но шагу прочь не ступила. Она не привыкла к такой злости, а в этой деревне люди будто по-другому и не умеют. Если ты не такой, как все, да ещё и улыбкой своей всех донимаешь, готовься к тумакам. Чем сейчас ей и пригрозили, правда, к счастью, только снежными.
– Мирина, хочу на ручки, – снова попросилась малышка к своей старшей сестре.
– Погодь, Варя, сейчас мои ручки будут заняты.
Пацаны последовали её примеру. Через минуту Лину настиг град из снежков. Она уворачивалась, пряталась за снеговика, убегала, и всё это с таким звонким смехом и по-доброму, словно она просто играла с друзьями. Но стоило ей самой наклониться загрести снега, как первый снежок больно ударил по уху, следующие пришлись в лоб, бедро, и даже за пазуху один залетел. Хохотом теперь давились стрелки. Лина спрятала лицо за капюшоном телогрейки, по щекам бежали горькие слёзы, но показывать их обидчикам она не собиралась.
– Когда будем идти обратно, чтобы тебя здесь не было, а то по-новой повторим.
