Вечером Кора уложила Кэрол-Линн спать и ушла домой, а я снова отправилась бродить по дому, зная, что сегодня мне все равно не уснуть. Шаги и шорохи, доносившиеся из спальни Кло, прекратились, и я решила воспользоваться запасным ключом, о существовании которого девочка не подозревала, чтобы хоть одним глазком посмотреть, что она делает. Кло лежала на разобранной кровати в своей прежней одежде (включая высокие солдатские ботинки) и спала. Она не поленилась даже накрасить глаза, но от слез тушь расплылась и потекла, и ее лицо казалось покрытым синяками. Белый пес спал рядом, положив голову на подушку; при моем появлении он лишь слегка приоткрыл глаза и дважды шевельнул хвостом, и я машинально подумала, что нам нужно как-то его назвать, прежде чем Кло уедет. Впрочем, почти сразу мне пришло в голову, что в этом, скорее всего, нет никакого смысла, поскольку ни девочки, ни меня скоро здесь не будет, и ухаживать за псом будет некому.
Я довольно долго смотрела на спящую Кло, потом беззвучно выбралась из комнаты и снова заперла за собой дверь.
Полночь застала меня стоящей посреди кухни. Чувствовала я себя примерно так же, как моя мать, – во всяком случае, войдя в комнату, она, бывало, так же растерянно оглядывалась, словно гадая, куда она попала и что ей здесь понадобилось. Пожалуй, впервые в жизни я так близко подошла к тому, чтобы если не посочувствовать Кэрол-Линн, то, по крайней мере, понять ее состояние. Все-таки это нелегко – постоянно ощущать себя так, словно волшебный ураган забросил тебя в чужую, незнакомую обстановку или, еще хуже – в чужую жизнь.
Зазвонил мой мобильник, и я посмотрела на экран.
Трипп.
Сначала я не хотела отвечать, не хотела, чтобы он стал свидетелем еще одного моего феерического фиаско, но привычка взяла верх, и я нажала кнопку приема.
– Вив? Это ты? Я тебя не слышу!..
Не сразу я сообразила, что, приняв вызов, я не сказала обычного «алло» или «слушаю».
– Привет, Трипп. Я просто… задумалась. Откуда ты знаешь, что я не сплю?
– Томми только что звонил, он сказал, что в доме горит свет. А еще он сказал, что тебе сейчас очень плохо.
– Да нет, в общем-то. Все более или менее… – солгала я.
Трипп промолчал.
– Ты что-то хотел?.. – спросила я, надеясь, что он не расслышит, не поймет, что я каждую секунду готова разрыдаться.
– Я сейчас приеду, – заявил Трипп и сразу же повесил трубку. Я даже не успела сказать ему, чтобы он не приезжал и что это не его дело.
Когда он подъехал, я сидела на диване-качелях на парадном крыльце и сжимала в руках телефон. Не говоря ни слова, Трипп сел рядом и принялся слегка раскачивать нас обоих, отталкиваясь от пола каблуками своих ковбойских ботинок.
– Ну и что ты собираешься делать? – спросил он наконец.
– Ничего, – ответила я честно.
– Почему?
– Я все равно ничего не могу. Завтра приедет Марк и заберет ее, а я не могу ему помешать.
Трипп молча раскачивал качели.
– Я действительно ничего не могу, Трипп! Формально он – отец, а я… я никто. Да и Кло, я думаю, не захочет, чтобы я что-то делала. Я… – Проглотив вставший в горле комок, я рассказала ему о ночном разговоре с Марком, который подслушала Кло.
И снова Трипп долго молчал.
– Да, это действительно проблема, – изрек он наконец. – Но я уверен, что ты ее решишь. Ты всегда умела разобраться с самыми сложными проблемами, разберешься и теперь… – Он обнял меня за плечи. – А сейчас тебе нужно попытаться хотя бы немного поспать. Насколько я знаю твоего бывшего мужа, завтра тебе понадобятся силы. – Трипп лукаво посмотрел на меня. – Знаешь, если не можешь заснуть в постели, можно попытаться уснуть сидя, нужно только на что-нибудь облокотиться. – Он похлопал себя ладонью по плечу. – Попробуешь?..
И я попробовала. Его плечо было твердым и совсем не напоминало подушку, зато оно оказалось надежным и теплым, дарящим комфорт и отдохновение, и не успела я прижаться к нему щекой, как мои глаза начали закрываться сами собой.
– Ну как, порядок? – негромко спросил он.
– У-м-м-м… – отозвалась я и завозилась, пытаясь устроиться поудобнее. – Слушай, Трипп, давно хотела спросить – почему ты так добр ко мне? – Язык еле ворочался у меня во рту, слова звучали невнятно, а может, мне только показалось, что я произнесла их вслух, потому что я уже наполовину спала.
– Потому что я люблю тебя. И всегда любил.
Но эти слова я услышала уже во сне, поэтому ничего на них не ответила.
Я проснулась на диванчике в гостиной. Кто-то укрыл меня одеялом и подсунул под голову диванную подушку. С кухни доносился запах жарящейся яичницы с беконом.
Я резко села и принялась шарить вокруг в поисках мобильника, чтобы посмотреть время. Только потом я вспомнила, что – кажется – оставила его на полке в ванной комнате. Отшвырнув одеяло, я бросилась в кухню, чтобы взглянуть на часы на старой микроволновке.
За кухонным столом сидели Трипп и Кэрол-Линн и завтракали.
Моргая, точно сова, я уставилась на зеленые цифры. Каким-то образом я проспала до девяти утра.
Трипп поднялся и придвинул мне стул, а сам взял с буфета чашку и налил кофе. Поставив ее передо мной, он сказал:
