— Расслабьтесь, Дима, — окончив разговор по телефону, Антон выключил аппарат и отложил его в сторону. — Повторю слова, что были сказаны два дня назад — у нас лично к Вам нет никаких претензий. Знаем друг друга много лет, да и показали себя вполне адекватным человеком, с которым можно иметь дела. Поэтому, если нет личных вопросов, перейдём к делу. Свар, я понимаю, тебе интереснее смотреть на улицу, но не стоит проявлять неуважение к девушке, повернув к ней свою попу. К тому же она вроде как и хозяйка кабинета.
Резко повернувшись, Свар увидел улыбающееся лицо Арины, которая ему незаметно подмигнула. Извинившись, тот сел рядом с другим мужчиной.
— Понимаю, что наша демонстрация могла Вам показаться издевательством над людьми, — у Арины мгновенно исчезла улыбка с лица. — Но иначе с ними было нельзя. Те четверо сделают всё возможное, что бы доставить сюда своего хозяина. И это не по приказу Вашего партнёра, Дима. Тот лишь пешка в чужих руках. Хотя не могу сказать, что он не испытывал удовольствия, отдавая приказы. Знаете почему? Потому, что у него была стопроцентная уверенность, что лично Вы «совершенно случайным образом» погибните именно сегодня и здесь, оказав сопротивление четвёрке злодеев, которые, под видом сотрудников охранной фирмы, проникнут в помещение и похитят одного из двух владельцев учреждения. А чуть позже, Вашему «другу» было твёрдо обещано, что получит омоложение именно в этой самой клинике. Бесплатно и вне очереди. Забавно, правда? А ведь тот жлоб, который изначально повёл себя неправильно, был назначен руководителем четвёрки. Кстати, то, что он в федеральном розыске за убийства, Вас удивило? А это именно так. Его минут через… несколько примут в свои объятья правоохранительные органы. И светит тому, как минимум, уже пожизненое. Остальные трое чуть получше, но тоже не ах. Не отбросы, но близко к тому. И те тоже сядут. Забыла сказать, что слова брата, что ждём у себя заказчика похищения — лишь словесный оборот. Их всех примут у крыльца нашей клиники с распростёртыми объятиями совсем другие люди.
— Позвольте вопрос, Арина Сергеевна, — Дмитрий с удивлением слушал слова девушки. — Но Вы же сами сказали, что те сегодня должны будут покончить жизнь самоубийством. Или…
— Дима. Вы на самом деле поверили, что два врача, которые изо дня в день, можно сказать, спасают жизни людей, решатся на такое? Поверьте, мы не занимаемся нейролингвистическим программированием, и не сделали «закладки» в их головы, что бы те непременно совершили харакири, или спрыгнули с моста в Неву. Вы о чём? Это не словесное внушение. Честно говорю. Клянусь всем святым, что у нас есть, что ни я, ни брат ничем не повредили сознанию тех мужчин. Запугали? Да, не буду скрывать, но было за что. Ведь то, что я Вам только что рассказала о похищении себя, они и в самом деле планировали. Нам смерть этого «мяса», как их назвал брат, в самом деле не нужна. Просто желаем знать, кто мог отдать приказ на похищение. Вот с ним, вполне возможно, если возникнут проблемы, будем решать иначе. Поверьте, и в этом случае обойдёмся без смертей, ограничившись внушением о недопустимости таких действий. И пригрозим пальчиком плохишам.
— Это тем пальчиком, который у тебя из руки растёт, Арин? — усмехнулся Свар.
— Нет. Моё оружие не растёт из руки.
«Потому, дружок, а потому,
Что я жизнь учил не по учебникам,
Просто я работаю,
Просто я работаю волшебником…»
Девушка пропела отрывок из известной песни. Увидев появившиеся улыбки на лицах мужчин, рассмеялась.
— Да, волшебство в нашем мире действительно есть. Я могу настолько быстро доставать и прятать своё оружие, что человеческий взгляд его уловить не может. Вот смотрите. И… раз.
И в руке девушки появился среднего размера клинок с вполне обычной рукоятью.
— А теперь. И… два.
В ту же секунду девушка продемонстрировала совершенно пустые руки. Крутанулась вокруг себя, показывая, что нигде клинок не спрятан.
— Арина. — Дмитрий смотрел с удивлением и восхищением на девушку. — Ну правда, куда Вы прячете оружие?
— Дима. А вот Вы, будучи в цирке, заинтересовавшись фокусом, вот так запросто подойдёте к факиру и, притянув его к себе за лацканы пиджака, зададите аналогичный вопрос, мол, куда девушку спрятал из чёрной тумбочки? Не скажешь, я тебя…
В комнате заулыбались, а мужчина сконфуженно затих.
— Так что повторяю. С этой лихой четвёркой ничего будут, если они, конечно, сами себя не доведут до самоубийства. А подобные случаи в психиатрической практике порой случаются. И не скажу что редко.
У Антона, который сидел за компьютером, зазвонил телефон.
— Да, Полина, проводи мужчин в кабинет, мы их ждём.
Через несколько минут в кабинет, после короткого стука, зашли двое мужчин в строгих костюмах.
— Свар, достань, пожалуйста, из-под дивана то железо, что упаковал.
Древний, вновь одев на руку перчатку, вынул из-под дивана полиэтиленовый пакет с тем, что было конфисковано у четвёрки мужчин.
— Здесь всё? — коротко спросил один из вошедших.
— Да, всё. К содержимому голыми руками не прикасались, так что пальчики хозяев есть на всём. Нам чужого не надо.
