Первым делом она достала скатерть в красную и белую клетку. Они вместе расстелили ее на фанере. Джейк преисполнился теплотой. Какая она молодец, что приехала!
Шум стройки затих: рабочие тоже разошлись на обеденный перерыв. Пока они с Моникой ели, она расспрашивала его о проекте.
– Что здесь будет?
– На первом этаже продуктовый магазин. Застройщики хотят привлечь сюда больше жителей, а новым жителям где-то надо покупать продукты. – А на остальных этажах? – Поверх его плеча она посмотрела на остов будущего высотного здания.
– На пятнадцати этажах будут разные офисы; наверху – квартиры на продажу.
– Не уверена, что мне хотелось бы жить так высоко, – призналась Моника.
– Боитесь высоты? – спросил он.
– Да, наверное… А что?
– Нет места лучше, чтобы смотреть на звезды, чем с балок на верхних этажах. Мы с Сюзанной часто забирались наверх и смотрели на звезды. Я как раз подумал: может, когда-нибудь, когда нам уже не нужно будет ни за кем следить, вам было бы интересно немного посмотреть со мной на звезды?
Моника решительно тряхнула головой:
– Я согласна.
– Непременно посмотрим на звезды… и скоро. – С тех пор как погибла Сюзанна, Джейк ни разу не поднимался на верхние этажи недостроенных зданий. Ему не хотелось смотреть на звезды в одиночестве в таком месте, где его будут осаждать воспоминания о сестре.
С Моникой он почему-то не чувствовал себя подавленным. Что-то в ее характере наполняло его необъяснимым оптимизмом. Она словно напоминала ему, что в жизни еще остались смех, радость и счастье. Конечно, по большому счету все это не важно. Он, пожалуй, мог бы до безумия влюбиться в нее, но не имеет права прислушиваться к своим чувствам. Во всяком случае, если она узнает, какую роль он сыграл в убийстве сестры, то посмотрит на него с отвращением. В тот роковой вечер он принял решение, за которое будет ненавидеть себя до конца своих дней.
– Что вы думаете о собаках? – Ее вопрос мигом вывел его из мрачных мыслей.
– Собак я люблю больше кошек.
– Никогда не хотели завести собаку?
– Время от времени подумывал о питомце, но при моем ненормированном рабочем графике это было бы нечестно по отношению к собаке. Меня целыми днями не бывает дома. А что? Вы сами хотите приобрести собаку?
– Да, наверное. Иногда мне очень недостает общества домашнего любимца. Того, который будет считать меня самым лучшим человеком на земле и любить меня без всяких условий.
На миг Моника показалась ему бесконечно хрупкой и ранимой. Глаза у нее заблестели, но потом она засмеялась и стала прежней.
– У вас уже была собака? – спросил он.
– Да, когда я была маленькой. Его звали Черныш, он был самым милым цвергшнауцером на свете. По ночам спал со мной, я его обожала.
– Что с ним случилось?
Она вздохнула:
– Острая сердечная недостаточность… Его пришлось усыпить. Какое-то время я была сама не своя от горя.
– Отчасти поэтому я и не хочу заводить собаку. Не хочу привязываться к существу, которое не проживет так долго, как я, – сказал Джейк.
– Тогда вы лишаете себя многих лет радости, собачьих поцелуев и друга, который любит вас безусловно. Кроме того, собаку полезно заводить перед ребенком. Это приучает к заботе о ком-то беспомощном.
На ее последние слова он не ответил. Да и не мог ответить, что никаких детей в его жизни не будет.
После того как они пообедали и убрали с импровизированного стола, Джейк проводил Монику к машине.
Он не забыл, почему она приехала; ее чуткость ему очень помогла. Моника немного развеяла мрак, который угрожал целиком поглотить его.
– Спасибо, что выкроили время на обед со мной!
– Вам спасибо, – ответил он. Она выглядела просто потрясающе; ему ужасно захотелось прижать ее к себе и поцеловать в улыбающиеся пухлые губы.
– А теперь я хочу попросить вас об одолжении.
– Об одолжении? – Джейк с трудом отогнал желание поцеловать Монику.
– У меня есть два огромных стейка и гриль, которым я не умею пользоваться. Вы окажете мне огромную услугу, если приедете сегодня вечером и поджарите их для нас.
Джейк смерил ее скептическим взглядом.
– Вы в самом деле хотите, чтобы я поджарил стейки, или просто проявляете сочувствие?
– Нет-нет, я правда хочу, чтобы вы поджарили стейки на гриле! – Она смотрела на него с самым невинным видом. – После того как я купила дом, отец велел мне приобрести гриль, но при мысли о газе и огне мне становится страшно, поэтому своим грилем я еще ни разу не пользовалась.
Джейку хотелось отказаться. Они как-то слишком быстро сближаются… Но когда он представил, каким долгим будет для него сегодняшний вечер в одиночестве, в окружении лишь мрачных воспоминаний, наконец согласился.
– Хорошо. Как насчет шести? – Он и так попадет в ад из-за той роли, какую сыграл в убийстве Сюзанны. Кроме того, стал соучастником Мстителя… Можно добавить и еще один грех: использование общества Моники в трудный для него вечер. Хуже уже не будет.
– Прекрасно! – обрадовалась она. – Я перешлю вам эсэмэской свой адрес. До встречи!
Через несколько минут, глядя Монике вслед, он задумчиво хмурился. Его желание поужинать с ней сегодня было эгоистичным, по крайней мере отчасти.
