Одна в Париже полностью

Она смотрит на него во все глаза. Он протягивает руку. Она неохотно отдает ему ключ, Пит поворачивается и, повесив на плечо сумку, начинает подниматься по лестнице.

– Мадемуазель… – (Нелл поворачивается как в тумане. Она совсем забыла об администраторше.) – Ваш друг оставил вам сообщение.

– Фабьен? – В голосе Нелл звучит плохо скрытая надежда.

– Нет. Женщина. Когда вы выходили. – Она протягивает Нелл лист бумаги с шапкой отеля.

Нелл смотрит на послание от Триш, бросает взгляд в сторону лестницы и поворачивается к администраторше. Бумагу она засовывает в карман.

– Не могли бы вы подсказать, где лучше поймать такси? – спрашивает она.

– С удовольствием, – отвечает администраторша.

У Нелл в кармане сорок евро, двадцатку она швыряет таксисту и выскакивает из машины, не заботясь о сдаче.

В баре царит полумрак. Смешение тел и бутылок. Она протискивается вперед, пытаясь отыскать знакомые лица, ей в нос бьет запах пота и духов. Столик, за которым они сидели, теперь занят чужими людьми. Фабьена нигде не видно.

Нелл поднимается наверх, там поспокойнее, люди непринужденно болтают, сидя на диванчиках, но и тут его тоже нет. Она спускается вниз и проталкивается к барной стойке, где им тогда наливали.

– Простите! – Нелл не сразу удается привлечь внимание бармена. – Привет! Мой друг недавно был здесь. Вы его, случайно, не видели?

Бармен смотрит на нее с прищуром и кивает, словно припоминая:

– Фабьен?

– Да. Да!

Ну конечно, Фабьена здесь все знают.

– Он ушел.

У нее вдруг схватывает живот. Она его упустила. Вот так-то. Бармен наклоняется над стойкой, чтобы наполнить чей-то стакан.

– Merde! – Она чувствует себя совершенно опустошенной.

Возле нее возникает бармен, у него в руке стакан с выпивкой.

– Вы можете попробовать поискать его в «Уайлдкэт». Они с Эмилем обычно там зависают.

– «Уайлдкэт»? А где это?

– Улица Жантильом де… – Голос бармена тонет в раскатах смеха, и он отворачивается, чтобы выполнить заказ очередного клиента.

Нелл выбегает на улицу. Останавливает такси.

– Срочное дело! – говорит она. Водитель, какой-то азиат, выжидательно смотрит в зеркало. – «Уайлдкэт», – говорит она. – Улица Жантильом как-то там. Ради бога, скажите, что вы знаете, где это!

Он поворачивается к ней:

– Que?

– «Уайлдкэт». Бар. Клуб. Уайлд. Кэт.

Она говорит уже на повышенных тонах. Таксист качает головой. Нелл закрывает лицо руками, пытаясь понять, что делать. Затем опускает стекло и окликает каких-то троих парней, стоящих на тротуаре у входа в бар:

– Простите! Вы знаете «Уайлдкэт»? Бар «Уайлдкэт»?

Один из них, встрепенувшись, кивает:

– А ты что, хочешь нас подвезти?

Она изучает их лица – пьяные, жизнерадостные, открытые – и принимает решение:

– Конечно, если вы знаете этот бар. А где это?

– Мы покажем!

Парни набиваются в такси, пьяные улыбки и рукопожатия. Она решительно отвергает предложение сесть на колени к самому низенькому и принимает ментоловую пастилку из рук того, что повыше. Она зажата между ними, вдыхает пары алкоголя и сигаретный дым.

– Это хороший клуб. Ты там была? – Тот парень, что заговорил с ней первым, наклоняется и энергично трясет ее руку.

– Нет, – отвечает она, а когда он объясняет таксисту, куда ехать, откидывается на спинку сиденья и ждет, чем все это для нее закончится.

Ну давай еще по одной! Брось! Вечер ведь только начинается. – Эмиль хлопает его по плечу.

– У меня не то настроение.

– У тебя ведь было отличное настроение. Брось! Поедем к Пьеру. Он говорил, к нему собирается целая толпа народу. Тусняк!

– Спасибо, Эмиль. Но я, пожалуй, допью свое пиво и пойду. Завтра же на работу. Сам знаешь.

Эмиль пожимает плечами, прикладывается к бутылке и снова поворачивается к рыжеволосой девице, с которой до этого болтал.

Что ж, это должно было случиться. Фабьен наблюдает за Эмилем, тот весело смеется вместе с этой своей рыженькой. Он уже давно по ней сохнет, но сомневается в ее ответных чувствах. И тем не менее Эмиль вовсе не чувствует себя несчастным. А весело скачет по жизни, точно щенок. Эй! Давай повеселимся!

Не смей на него наезжать, одергивает себя Фабьен. Все лучше, чем быть таким лузером, как я.

При мысли о том, что ждет его дальше, Фабьена вдруг охватывает тихий ужас. Томительные вечера в пустой квартире. Потерявшее всякий смысл продолжение работы над книгой. Разочарование из‑за исчезновения Нелл. Бесконечное самоедство из‑за пустых надежд, что это могло бы перерасти в нечто большее. Фабьен ни в чем не винит Нелл, ведь он как последний кретин даже не удосужился поинтересоваться, есть ли у нее парень. Хотя такие девушки, как она, само собой, не бывают одинокими.