Он похож на старую ведьму, которая поселилась в дремучем лесу, помешивает большим черпаком котел с супом из мышиных хвостов, добавляет в варево чешую змеи и приговаривает слова таинственного заклинания.
– Арка. Гроб. Кафе. Нефтяник.
Федор Петрович победил совесть.
Убил наконец в себе надоедливое «социальное я», пропитанное ненужными, как ему казалось, жалостью и состраданием.
Окунулся с головой в водоворот четвертого измерения.
Вот только водоворот этот выложен фальшивыми нарисованными игральными картами. Нарисованными небрежно, от руки, на листочках в клеточку. Вырезанными изогнутыми маникюрными ножницами и с неровно оборванными краями.
– Слиток. Кровля. Бенефис.
Он безнаказанно собирал экземпляры. Срезал с людей маски. Дарил им карамельный запах. Но не получал ничего взамен.
Без «я» все его ритуалы, вся пролитая кровь больше не имели никакого смысла.
Весь азарт и все удовольствие, как оказалось, скрывались в его бесконечной борьбе со своей назойливой совестью.
Его жизнь с самого начала была игрой.
С самим собой в прятки.
В этой игре всем дано по сто очков. И нет никого с двумя сотнями. Маски индиго скорее исключения, и там тоже есть жесткие ограничения, но по времени…
Какой-то из масок природа закидывает двадцать очков в ловкость, тридцать в интеллект, остальное, например, в здоровье.
К теме равенства и различиях кирпичей в стене.
Каждый раз, когда фальшивка думает о кирпичах, вспоминает Аркадия. Он скучает по любимой маске.
Можно сознательно перераспределить очки. Часто со временем хочется подкорректировать исходную маску. Хочется, например, добавить в нее силы. Но это, как уже смог убедиться фальшивка, абсолютно зря. Добавляешь в одно, убывает в другом. Нет масок с двумя сотнями. А привычка – она такая. Уровень удовлетворенности падает.
Есть вариант попотеть, изловчиться и хитро перераспределить очки. Закинуть побольше в счастье.
Но здесь поджидает ловушка.
Если переборщить, назад пути не будет. Можно перестараться, забросить больше, чем способен впоследствии исправить, и в результате будешь с отрешенным взглядом бродить по улицам, гладить рукой стены в ожидании весеннего обострения.
Привычка – она такая…
Счастье – оно такое…
Ключ от четвертого измерения не подходит ко всем замкам.
