Было ужасно жарко, кондиционер отказывался работать, окна не открыть из-за того, что их именно в этот момент решили помыть. Я сидела в своём кабинете и составляла очередной план на ближайшую конференцию.
— Я обязана обойти своих конкурентов. Это даже не обсуждается, моя кампания предлагает гораздо более выгодные условия. Никто и никогда не сможет меня обойти. И если кто-то из вас, лентяев, что-то испортит — пощады можете не ждать. Мне не нужны люди справляющиеся со своей работой кое-как. — строго вычитывала я стоящего передо мной менеджера.
— Конечно, мисс. Мы всё сделаем в лучшем виде. Ваш авторитет будет непоколебим.
— Он и без этого непоколебим, — усмехнулась я, — Ладно, свободен. И передай мои слова остальным.
— Да, мисс.
Я откинулась на спинку кресла, тяжело вздыхая.
— «Почему им так тяжело просто делать то, что я говорю? Они настолько недалёкие? Ну ничего и без них справлюсь. Было ли когда-нибудь такое что я бы не справлялась без чьей-то помощи? Пф… ещё чего не хватало.» — думала я, медленно постукивая пальцами по столу.
Долго поразмышлять о никчёмности окружавших меня людей мне не удалось, нужно было проверить отчёты и подать документы на участие в конференции.
Делами я занималась до вечера, домой вернулась уставшая, но счастливая.
Роскошная квартира, автомобиль первого класса с личным водителем, высокая должность — всего этого я добилась сама, без чьей-либо помощи, без единой просьбы с моей стороны. Мною гордились родители, собою гордилась я — и это главное. Я смогла, я добилась того о чём мечтала.
— «Глупые люди, они такие доверчивые. Просят о помощи вышестоящих людей в надежде что они продвинут их. Хм… неужто они реально думают что их просьбы и мольбы что-то значат для кого-то кроме них? Это просто глупо.» — размышляла я, готовя лёгкий салат на ужин.
Меня отвлекла мелодия звонка, я подняла трубку и на автомате ответила:
— Здравствуйте, вас приветствует директор кампании «New fachion» Юна Марроу, чем могу помочь?
— Дочка, это я.
— О, мам, прости, одна работа в голове. Привет, как твои дела?
— Привет, — ласково ответила мама, — У нас с папой всё хорошо, а вот с бабушкой твоею беда приключилась. Срочно нужно поехать, за ней присмотр нужен.
— О, мне очень жаль. В свободное время поищу номера хороших сестёр — сиделок.
— Но бабушка хотела тебя видеть, думает, времени ей немного осталось. Хочет попрощаться. — мягко возразила мама.
— Пока нет времени — как смогу — приеду, — резко ответила я, — Прости, не могу долго говорить, готовлю ужин. До завтра.
— До завтра, доченька. Видят Высшие силы я воспитывала тебя как могла, только вот смирению, так и не научила.
— Не смеши, мама. Смирение — удел неудачников. — усмехнулась я и сбросила звонок.
Спустя пару часов когда я, после горячей расслабляющей ванной, лежала в постели и готовилась отходить ко сну, в дверь постучали.
— Кого там принесло? Поздно ведь уже. — простонала я, пытаясь дотянутся до планшета, чтобы через видео домофон увидеть незваного гостя.
У двери стоял некто, лицо было закрыто капюшоном серой толстовки. Я нажала значок микрофона.
— Кто вы и что делаете у меня под дверью в столько поздний час? Объяснитесь. — властным натренированным голосом потребовала я.
— Я не ваш сотрудник чтобы перед вами отчитываться. Откройте дверь, я к вам по важному делу. — было мне ответом.
— Значит так, если через минуту вы не представитесь и не скажете в чём дело, или же не уберётесь восвояси, я вызову полицию.
— Ладно, хотелось по-хорошему. Но видно тут нужны меры посильнее. — пробормотал неизвестный.
— Что вы имеете в виду? Я… — меня прервал громкий хлопок прямо около моей кровати.
Я рефлекторно зажмурилась, а когда вновь открыла глаза, незнакомца в капюшоне больше не было на экране, вместо это он стоял прямо передо мной. Хотела было закричать, но не смогла произнести ни звука.
— Тише, тише. Не стоит кричать. Я лишь хочу объяснить тебе что такое смирение, и почему это такое важное качество для человека.
Несмотря на испуг, я усмехнулась. Ещё один такой-же доверчивый, к тому же ещё и псих.
Внезапно человек потянулся ко мне своими, необыкновенно длинными, руками и притянул с себе, держа за лямки пижамы. Бедная ткань затрещала, я от ужаса забыла как дышать. Его ледяное дыхание обожгло моё лицо, когда он наклонился ко мне.
— Смирись, Юна, иначе будет плохо. Приди к смирению, отринь гордость, это плохо для тебя кончится.
От возмущения я даже забыла про страх.
— Вы ещё и угрожаете? Убирайтесь из моего дома, пока я спец группу не вызвала! — прошипела я ему в лицо.
— Ладно, ладно, я лишь хотел помочь, но если вы не хотите этого… — опять обдало меня морозным воздухом.
После этих слов незнакомец исчез, я, тяжело дыша, повалилась на подушки.
— И что это было? — спросила я неизвестно у кого.
— Это была твоя совесть. — ответил внутренний голос.
Меня передёрнуло, что ж за день сегодня такой?
— «Кажется, со всеми этими нервами я схожу с ума. А всё из-за моих непутёвых подчинённых… нужно взять отпуск. Да, пожалуй так и сделаю. После конференции сразу к морю.» — выдохнула я.
