— Следующей должна быть жаба, — шепнула вдруг рядом стоящая леди своей подруге. Они перешептывались прямо передо мной. — Но, кажется, она не явится.
— Еще бы она здесь появилась, Диди, — хмыкнула вторая тихо. — Не хватало ей еще испортить праздник своим уродством и отвратительными манерами! Бедная Патрисия, как же она уживается с этим чудовищем под одной крышей… — Она наклонилась к подруге, полагая, что так ее никто не услышит. Я закатила глаза, какая глупость. — Я слышала, что жаба хотела отравить нашего ангела перед самым Зимним Балом, но прислуга вовремя обнаружила яд.
— Бедняжка! — охнула, по всей видимости, Диди.
Первая леди была в ярко-красном, а вторая — в желтом с огромной юбкой, чей сатин терся об мой наряд.
— Леди Ария Тернер! — назвал мое имя господин Лоуренс.
Все затихло. Моментально.
Девушки начали недоуменно оглядываться по сторонам в поисках той самой жабы. Я усмехнулась и сделала шаг вперед, чем привлекла всеобщее внимание. Повсюду начали раздаваться противные шепотки:
— …И это жаба?
— …Она не толстая…
— …И не уродливая…
— …Только посмотрите на нее, ей хватило смелости явиться сюда. И это после всего того, что она сделала ее сестре!
— …Бедная Патрисия…
Я величественно прошла мимо ядовитых девушек, которые больше напоминали серпентарий, чем воспитанное светское общество. Настроение как назло резко упало вниз, стоило мне вдобавок увидеть восседающего на троне Короля Эдварда и рядом сидящую королевскую семью, среди которых находился будущий безумный король — кронпринц Себастьян. Однако рассмотреть Большой зал повнимательнее мне не удалось.
Господин Лоуренс мягко подтолкнул меня к началу огромной лестницы. Я скинула мантию и отдала ее сопровождающему. Сердце забилось как бешеное.
Стоит сделать небольшой шаг — и все гости замка Арундел увидят мою дрожащую фигуру.
О нет, так не пойдет. Я сделала пару глубоких вдохов и выдохов, а затем больно впилась ногтями в ладонь, чтобы хоть как-то отвлечься от охватившего меня волнения.
Мое платье глубокого синего цвета было тяжелым, а спускаться в нем по лестнице требовало определенной физической подготовки. Сейчас мне точно не помешали бы туфли на более устойчивом каблуке. Но что имеем — то имеем. Главное — не упасть. Главное не упасть…
— Леди Ария Тернер.
Я сделала глубокий вздох и улыбнулась своей самой широкой и искренней улыбкой, которая действовала даже на вечно строгую мадам Тандури.
Осанка — идеально ровная, я дышу размеренно.
Следующий шаг дался мне с непомерным трудом. Я повернулась к многочисленным гостям Зимнего Бала и встала у подножия лестницы.
Наконец-то тот самый момент.
Послышались овации, сначала совсем негромкие, но затем…
Я начала спускаться по бежевому мрамору, придерживая пальчиками подол платья. Лестница была скользкой — особенно если идти по ней на тонких высоких шпильках. Но я шла уверенно и с улыбкой, хоть все тело и вибрировало от напряжения.
Аплодисменты усилились, стоило мне окинуть взглядом весь бальный зал.
Стоявшая поодаль мадам Тандури ободряюще мне улыбалась и прижимала ладонь к груди. А Патрисия, которая держалась близко к трону, сияла ровно до тех пор, пока не увидела мое платье. Я с каким-то странным удовольствием наблюдала, как великолепная улыбка медленно сползала с ее ангельского личика.
Пятеро членов королевской семьи: король Эдвард, кронпринц Себастьян, брат короля с супругой, как и их дочь Изабелла, сидели на возвышении в самом начале Большого зала замка Арундел.
Но в этой толпе я сейчас видела только одного-единственного мужчину. Поскольку еще на лестнице заметила в людском море бледное красивое лицо.
Я замерла на миг, ощущая как сердце пропускает удары. Кронпринц Себастьян Кайдзен. Мой незнакомец у фонтана.
Мужчина в черном мундире с золотой вышивкой, со спадающими на глаза темными волосами, который почти на разговаривал и не смотрел на меня. Тот, кто безжалостно убьет своего отца и всех аристократов, не жалея ни женщин, ни детей…
Я до сих пор чувствовала его запах. От него, как и от всего холодного пахло сыростью.
К своему собственному сожалению быстро попозировав фотографам с натянутой нервной улыбкой, я прошла сквозь толпу, слыша громкий шум в ушах, и очутилась в нежных объятьях мадам.
Я поверить не могла, что такие совпадения вообще бывают.
Мой учитель танцев тут же недовольно шепнула мне на ухо:
— Великолепно, если не считать последних минут. Позвольте спросить, вы бежали от зверя, мадемуазель Тернер?
О, знала бы мадам Тандури, как она была близка к правде…
***
Примечания:
Песня, под которую будет выходить и танцевать Ария: Joel Sunny — Luminary
“Он никогда и не узнает, как я его люблю! И люблю не потому, что он красив, Нелли, а потому, что он больше я, чем я сама. Из чего бы ни были сотворены наши души, его душа и моя — одно; а душа Линтона так отлична от наших, как лунный луч от молнии или иней от огня.”
Грозовой перевал. Эмили Бронте
