Когда речь зашла о ночном провидце, я чуть нахмурилась, невольно возвращаясь к самой важной на сегодняшний день мысли. Рассказать ли мне кому-нибудь из старших о собирающемся во имя борьбы со злом походе драконят? Или же, скрипя своими клыками, согласится отправится с ними, как минимум для того, чтобы громко рассмеяться в случае их неудачи? А может оказать какую-нибудь помощь этим балбесам, готовым слепо вложить свои судьбы в лапы самоназванного пророка? Возможно, всем этим дурачкам не помешает капелька моей паранойи, которая сможет предотвратить наиболее самоубийственные вылазки и действия.
Похоже, Тростинка поняла о чём я думаю. Осторожно сгрызая с косточки манго остатки мякоти, она внимательно посмотрела на меня, самую малость приопустив свои уши. Сестрица-то моя явно решила идти до конца с Предвестником, несмотря ни на что. И я… Если не удастся её отговорить, то я просто последую за всеми ради Тростинки. Не потому, что она слишком “слабая” или наделена опасной способностью, а потому, что она чудесная и моя сестричка, всегда помогавшая мне в трудные ситуации, поддерживающая своей улыбкой.
— Он хороший, — дожевав комок вязкой мякоти негромко говорит мне Тростинка, приподняв слегка свои ушки.
— Я не только от тебя это слышу, — покачиваю я мордой, оглядываясь на тройку сидящих в стороне и о чём-то бормочущих песчаных драконят, да на пару ночных, уже направляющихся в сторону выхода. Подавшись носиком к её ушку, обдав его своим дыханием, я негромко шепчу: — Я ему не верю.
— Почему? — удивлённо моргает Тростинка, прильнув своим виском к моему сопящему носу.
— Слишком это подозрительно, — продолжаю я, делясь своими мыслями с самым близким для себя существом в стенах этой Академии. — Он невесть откуда появился, подстроил, чтобы все мы собрались в одном месте. Ещё и поставил нас перед крайне неприятным фактом. Хорошие драконы так не делают.
— А как они поступают? — вновь удивлённо моргает Тростинка, слегка подавшись назад и заглядывая в мои глаза.
— Ну… Как бы поступил на его месте Железо? — пытаюсь я направить в нужное русло мысли сестрички, припоминая своего доброго и заботливого Хранителя. — Он бы подошёл и, наверное, сказал бы прямо.
— И ты бы ему поверила?
А ведь в этом сестрица права. Я бы скорее подумала, что передо мной какой-то псих, или же решивший развлечься всезнайка, сующий свой нос куда не надо, но никак не мифический провидец.
— Нет, — честно признаюсь я, слегка поморщившись и потерев свою шею лапой, лишь затем поняв, что развожу на своей чешуе липкий сок, тут же взявшись слизывать его остатки со своих когтей. — Тем более не поверила бы.
— Вот видишь, — тыкается своим носом в мою шею Тростинка, взявшись вычищать мои чешуйки своим маленьким и шустрым язычком.
— Я… — пытаюсь я подобрать слова, но затем, по собственной традиции, делюсь своими мыслями без предварительной подготовки. Напрямик, через стены! Либо сломаю их своей тушей, либо размажусь некрасивым блинчиком! — Я всё-таки хочу рассказать Драконятам Судьбы обо всём этом.
Тростинка удивлённо моргает, потёршись своей мордочкой о мою вылизанную шею, будто бы обдумывая мои слова, но затем подставляет свою мордашку под мой язык, когда пришла моя очередь чистить сестричку.
— А Предвестник сказал, что ты этого не сделаешь, — уже без уверенности в своём голосе делится со мной Тростинка.
Таак. И что он увидел в этом своём “будущем”? Может тем более пойти и на зло ему всё рассказать? Я чуть хмурюсь, пытаясь понять, что могли бы значить эти слова, и есть ли в них какой-то скрытый посыл, который должен был бы направить меня по нужному маршруту.
— Он тебе сказал сюда прийти? — пуще прежнего хмурюсь я, но затем замечаю обиженный взгляд Тростинки, тут же прикусив свой язык.
— Нет! Фыр, я пришла сюда сама! — Несильно и даже по своему нежно пытается сдавить моё плечо клыками сестрица, лишь слегка поддевая пару чешуек, даже не оставив на них каких-либо следов.
— Прости, — слегка опускаю я свои уши, чувствуя, как совесть скребётся изнутри. И как я могла такое подумать о своей сестричке? Ведь, если бы она сюда пришла по просьбе Предвестника, то сразу бы сообщила мне об этом. — А когда он тебе это сказал? Ну, я имею ввиду то, что я никому не расскажу.
— Пока мы были на занятии. Сказал, чтобы я не волновалась и всё будет хорошо. А ещё, сказал, что тебя перестанут мучать кошмары. — Тут Тростинка чуть возмущенно дует свои щёки, несильно пошлёпав меня лапкой по носу. — Почему ты не сказала, что тебе снятся плохие сны?
А вот и вторая неприятная новость. Что значит, “меня не будут мучить кошмары”? Откуда он вообще узнал, что мне снились плохие сны? Что за бред? Неужели это он их наслал? Может, у него есть способ контролировать чужие сны? Может, он не только провидец, но и дракомант?
Я чуть нервно озираюсь по сторонам, боясь увидеть в ближайшей тени, отбрасываемой длинным каменным шипом, блеск серебристых пятен, когда до них добираются слабые лучи светила. Но нет, никто в тенях не прячется.
