Ясным летним днем Лютный казался самой обычной улочкой. Гермиона Грейнджер шла по переулку с гордо поднятой головой.
Ясным летним днем Лютный казался самой обычной улочкой. Будни. Народу немного. Многие лавки, лавчонки, питейные и игорные заведения откроют свои двери позже. Гораздо позже.
Гермиона Грейнджер шла по переулку с гордо поднятой головой. Героиня. Ей нечего бояться.
Они налетели внезапно. Четверо или пятеро крепких парней, их лиц она не успела разглядеть, зато вдоволь налюбовалась на щербатые булыжники мостовой.
— Отпустите! — Гермиона постаралась сказать это громко, четко и властно, но вышло полузадушенно и жалко.
— Какая рыбка нам попалась, — искаженный магией голос прозвучал угрожающе.
— Кончай ее, — сказал кто-то еще.
— А не продать ли ее в бордель кривого Джо?
— Если только память стереть.
— И обороткой накачать.
— Нахрен оборотку, дорого. Мордочку попортить, и пойдет. Клиенты Джо любят увечных.
Гермиона тоненько завыла: что стоила ее уверенность в себе и борьба за светлое будущее, если один неверный шаг привел к фатальным последствиям? Ее подняли, прислонили к стене — четверо одинаковых бритых мужиков. Увидев направленную в лицо волшебную палочку, Гермиона зажмурилась, даже не вспомнив про свою. Да ее и отобрали, наверное.
— Эй! Что это вы тут делаете возле моей пивнушки? А ну пошли вон, устраивайте свои разборки в другом месте! Грейнджер?
Никогда еще Гермиона не была так рада видеть Панси Паркинсон. Вернее, уже не Паркинсон, а Гойл. Грегори, держа в руках корзину со снедью, стоял за спиной жены.
Один из нападавших взмахнул палочкой, но Панси оказалась быстрее — выбила ее из рук, попутно заехав локтем в нос тому амбалу, который держал на прицеле Гермиону.
Все закончилось очень быстро. Гермиона и понять ничего не успела, как трое бандитов аппарировали, а четвертому заломил руки Гойл.
— Не реви, Грейнджер. Все хорошо, что хорошо кончается.
— С-спасибо, — Гермиона терла покрасневший нос бумажной салфеткой, не решаясь высморкаться. — А вы здесь живете, да?
— Ну да, а где еще, — Панси пожала плечами.
— А я вас видела в Министерстве, — зачем-то сказала Гермиона.
— Угу, — подал голос Гойл. — Хотели курсы по самообороне открыть, да не вышло.
— Грег, Грейнджер это совершенно неинтересно. Пойдем, проводим девушку.
Негоже ей в одиночку по Лютному шататься.
— Нет-нет! Мне очень интересно, — запротестовала Гермиона. После того, как она воочию увидела, на что способна Панси, ее разбирало жгучее любопытство.
— Почему именно курсы?
— Ну не всю же жизнь пивом торговать. К тому же любую чистокровную ведьму учат защищаться и без палочки. Прости, Грейнджер, не в обиду тебе. Просто я больше ничего толком и не умею. Грег бы помог с бухгалтерией, у него арифмантика всегда хорошо шла. Не бери в голову. Все равно отказали.
— Панси, Грег, — Гермиона запнулась: настолько непривычно было называть бывших недругов. — Я сделаю все, чтобы вам помочь. Самооборона очень важна. Да я первая запишусь на ваши курсы!
— Не, в Лютный таскаться даже не вздумай, — Гойл остановился и наморщил лоб.
— Какой Лютный, — махнула рукой Гермиона. — Только Косая аллея! Ждите сову!
— Бывай, Грейнджер. Если получится, будешь у нас первым почетным клиентом.
— Спасибо!
Гермиона развернулась и чуть не бегом направилась в сторону Министерства. Панси и Грегори переглянулись и вернулись обратно — готовить паб к нашествию клиентов.
***
Панси отвязала от лапки совы свернутое в трубочку послание с ярко-красной министерской печатью. Пробежалась глазами, удовлетворенно усмехнулась.
— Ну что, парни, у меня для вас хорошая новость, — она подошла к столу, где сидели четверо ее однокурсников. — У нас все получилось. Грег, неси всем выпивки за счет заведения!
Харпер, Флинт, Забини и Нотт подняли кружки.
— Хочу выпить за светлую голову моего мужа, за удачу, — сказала Панси и тоже подняла кружку с элем. — И за факультетское братство!
