Однажды на Меркурии полностью

Старый Крипи сидел в комнате управления и с увлечением извлекал из своей скрипки пронзительные звуки. На опаленной солнцем равнине, вокруг Меркурианского Силового Центра, Цветные Шары, подхватив мысли Крипи, приняли форму земных холмов и мерно покачивались в танце. Сидя в холодильнике, кошка Матильда сердито смотрела на пластины замороженного мяса, висевшие у нее над головой, и нежно мяукала. Наверху в кабинете, помещающемся на верхушке фотоэлементной камеры, представляющей собой центр Станции, Кэрт Крэйг с раздражением глядел через стол на Нормана Пэйджа. За сотню миль от этого места Кнут Андерсон, облаченный в громоздкий фотоэлементный космический костюм, недоверчиво вглядывался в пространственное облако.

Передаточный аппарат предостерегающе загудел. Крэйг, повернувшись на стуле, снял рычажок и буркнул в телефон что-то невнятное.

— Это Кнут, шеф, — излучения заглушали голос, делали его расплывчатым.

— Ну, как? — прокричал Крэйг. — Что-нибудь нашли?

— Да, очень большое, — ответил голос Кнута.

— Где?

— Запишите координаты.

Крэйг схватил карандаш и стал быстро писать, голос в трубке шипел и трещал.

— Такого огромного еще не бывало, — проскрипел голос. — Все дьявольски закручено. Инструменты испортились начисто.

— Придется выпустить в него снаряд, — сказал возбужденно Крэйг. — Это, конечно, возьмет уйму энергии, но сделать это нужно. Если эта штука придет в движение…

Голос Кнута шипел, трещал и расплывался в пространстве, и Крэйг не мог разобрать ни слова.

— Возвращайтесь немедленно обратно, — прокричал Крэйг. — Там опасно. Не подходите к нему…

До него донесся голос Кнута, заглушаемый воем поврежденной волны.

— Тут есть кое-что еще, чертовски забавное.

Голос умолк.

Крэйг закричал в микрофон:

— В чем дело, Кнут? Что забавное?

Он замолчал, так как внезапно шипенье, треск и свист передаточной волны прекратились. Крэйг протянул левую руку к пульту управления и нажал рычаг. Пульт загудел от притока колоссальной энергии. Чтобы поддерживать прямую волну на Меркурии, нужны были массы энергии. Ответного гудения не последовало, волна не восстановилась.

— Значит, там что-то случилось! Волна перерезана!

Крэйг побледнел и встал, глядя через иллюминатор с лучевым фильтром на бесцветную равнину. Беспокоиться еще нечего. Надо подождать, пока Кнут вернется. Это будет скоро. Ведь он приказал ему возвращаться немедленно, а эти вездеходные машины передвигаются быстро. А если Кнут не вернется? Что если пространственное облако сдвинулось с места? Кнут сказал, что такого громадного еще не бывало. Правда, встречаются такие облака часто, все время держи ухо востро, но обычно они не так уж велики, чтобы из за них волноваться. Это просто небольшие водовороты, вихри… Не столько опасно, сколько мешает. Надо быть осторожным и постараться не въехать в него, вот и все. Но если крупное завихрение начнет двигаться, оно может поглотить даже Станцию.

Шары на какой-то момент превратились в земных горцев с мотыгами в руках, шаркая ногами, они подымали пыль, подпрыгивали и размахивали руками. В них было что-то нелепое, как в танцующих пугалах.

Равнины Меркурия простирались до самого горизонта — равнины с клубящейся пылью. Ярко-синее Солнце казалось чудовищным на фоне мрачно-черного неба, алые языки пламени рвались из него, извиваясь точно щупальцы. Меркурий находился ближе к Солнцу, чем другие планеты, их разделяли какие-нибудь двадцать девять миллионов миль. Поэтому, вероятно, и рождались завихрения — из-за близости к Солнцу и эпидемии солнечных пятен. А впрочем, солнечные пятна могли и не иметь к этому никакого отношения. Кто знает?

Крэйг вспомнил о Пэйдже только когда тот кашлянул. Крэйг вернулся к столу.

— Надеюсь, — сказал Пэйдж, — что вы не передумали. Мой план значит для меня очень много.

Внезапно Крэйга охватил гнев: до чего навязчивый тип.

— Я уже вам ответил, — огрызнулся он. — И хватит. Я не меняю своих решений.

— Я не понимаю, почему вы против, — упрямо сказал Пэйдж. — В конце концов эти Цветные Шары…

— Никаких Шаров, — оборвал его Крэйг. — Ваш план просто безумие, это вам скажет любой.

— Ваше отношение меня удивляет, — настаивал Пэйдж. — В Вашингтоне меня уверяли…

— Мне наплевать, что в Вашингтоне вас уверяли! — заорал Крэйг. — Вы отправитесь обратно как только прибудет корабль с кислородом. И вы отправитесь без Цветных Шаров.

— Вам не будет никакого убытка — я готов заплатить за все услуги.

Крэйг не обратил внимания на предложенную взятку.

— Я попробую объяснить вам еще раз, — сказал он, — я хочу, чтобы вы, наконец поняли: Цветные Шары — уроженцы Меркурия. Они первые появились на нем. Они жили здесь, когда пришли люди, и они наверняка останутся на Меркурии после того, как люди покинут его. Они не трогают нас, а мы не трогаем их. Мы оставляем их в покое по одной дьявольски простой причине: мы их боимся, так как не знаем, на что они способны, если их растревожить.

Пэйдж открыл рот, чтобы возразить, но Крэйг махнул ему рукой, чтобы он молчал, и продолжал: