Баркас упрямо продвигался вперед, к берегу. Солнечные лучи, отражаясь от поверхности моря, слепили глаза. Воздух был свежим, прохладным, пахло солью и проржавевшим железом. На западе, позади Монтерея, виднелись покрытые темно-зелеными соснами горы, а намного левее возвышалась серая, мрачная гора Торо. Побережье издалека казалось ослепительно белым. На Альварадо-стрит то в одном, то в другом месте сверкали, отражаясь от окон, солнечные зайчики. Идеальное место для проведения учения по высадке десанта. Не исключено, что японское командование когда-нибудь увидит это место и оценит его преимущества для высадки своей пехоты. Вполне вероятно…
На холмах Дель-Монте неожиданно показалось небольшое темное дымовое облачко.
— Заметили нас. — тотчас же проворчал сержант Баучер. Дэмон кивнул. Имитация артиллерийского огня. Теперь она отвернули на восток и шли к берегу под углом. Баркас или переваливался с борта на борт или зарывался в волну носом. От того, что все время приходилось держаться за планширь, рука Дэмона очень устала. Миллис продолжал блевать, теперь уже сильно перегнувшись через борт. Боже мой, этот парень, должно быть, съел сегодня утром не один, а пять завтраков. Рядом с Дэмоном травили Боретц и Мартинец.
Теперь они приблизились к берегу настолько, что Дэмон хорошо различал топливные цистерны и пожарные лестницы на них. В некоторых местах на темном фоне сосен виднелись ветвистые желтоватые эвкалипты.
Раздался крик. Дэмон оглянулся в корму баркаса. Старший моряк, находившийся в шахте под рулевой платформой, показал три пальца. Три сотни ярдов. Сержант Баучер поднял голову и закричал:
— Зарядить винтовки! Поставить на предохранитель! Дэмон наблюдал, как солдаты взвода долго и неумело вставляли обоймы с холостыми патронами; из-за качки некоторые едва держались на ногах, винтовки стукались друг о друга. «Этот прием тоже надо хорошенько отрепетировать», — подумал он.
Теперь уже был виден бурун прибойной волны. Волна шла крупная; на берег выкатывался широкий вал из воды и иены, затем он оседал и медленно откатывался назад. Ничего подобного они не ожидали, когда находились сегодня в шесть утра в оперативной рубке на судне. Фелтнер выкрикивал какие-то указания сержанту Баучеру, а Дэмон, схватив Боретца за руку, настойчиво внушал ему:
— Когда будешь спрыгивать, хорошенько держись за штормовой леер, вот за этот, что натянут вдоль планширя. — Боретц и Миллис мотнули головой в знак согласия. Они смотрели на Дэмона с таким выражением, словно тот заставлял их прыгать в котел с горящим маслом. — А винтовки держите над головой как можно выше.
Баркас подбросило еще сильнее, волна прошла от носа к корме почти на уровне планширя. Старшина-рулевой крикнул что-то, и стоявший в носу баркаса моряк с бухтой троса в руке прыгнул за борт. Баркас снова высоко подбросило, затем он сильно ударился о грунт. Моряка с тросом не было видно. Дэмон еще раз посмотрел в корму, увидел, как старшина-рулевой поднял руку вверх. В грохоте прибоя раздался крик сержанта Баучера:
— За борт! Прыгайте за борт!
Дэмон подскочил вверх и, развернувшись на левой руке, прыгнул за борт. Вода охватила его, словно в тело впился миллион раскаленных иголок, он долго не мог перевести дыхание. О том, что будет так холодно, он не имел ни малейшего представления. Ноги ударились о твердый грунт, но уже в следующий момент, когда через голову прокатилась высокая волна, его подбросило вверх, а ноги метнулись из-под него, будто кто-то их дернул в сторону. Черт возьми, все это куда труднее того, на что они рассчитывали. Держась за леер, Дэмон позволил приливной волне подтолкнуть себя к носу баркаса. Он с большой благодарностью вспомнил полковника Пирсона, настоявшего, к большому неудовольствию моряков, на том, чтобы каждый баркас, шлюпка и катер, с которых будут высаживаться солдаты, оснастили спасательным леером. Что-то ударило его в бедро. Он повернулся и увидел торчащую из воды руку с винтовкой, вот рука и винтовка исчезли под водой и показалась чья-то нога в обмотке. Не отпуская спасательного леера, Дэмон ринулся к ноге, в пенящуюся волну, наткнулся на шанцевый инструмент, потом ухватил кого-то за руку и изо всех сил дернул ее вверх. Это оказался Миллис. Глаза его были полны страха, рот широко раскрыт. Волна бросила их к носу баркаса, Миллис судорожно уцепился за шею и плечо Дэмона.
— Держись! — подбодрил его Дэмон. — Закрой рот! Ты что, захлебнулся?
— Ужас! — ответил тот, крутя головой и откашливаясь.
— Держись за леер! — крикнул Дэмон, невольно рассмеявшись.
