Луна тоже отошла от полицейских, но держалась в стороне от Криса и задумчиво бродила в некотором отдалении, сжимая в руках порванную сумочку. Крис подумал, а не подойти ли ему к ней и не попробовать ли завести разговор. Но несколько мгновений поразмыслив, решил этого не делать. Он видел, как девушка смущалась, когда с ней заговаривали, и решил не усугублять дело.
– Простите, что я заподозрила вас в том кошмаре, что случился с бедным стариком.
Крис вздрогнул от неожиданности, но обернувшись, увидел, что это Коби стояла рядом с ним. Её лицо и руки по-прежнему были вымазаны в саже, но выглядела она уже не такой испуганной. Она просто была растеряна, измождена и раздавлена навалившимися событиями.
– Вам не о чём просить прощения, – серьёзно проговорил Крис. Он чувствовал себя виноватым в том, что мысленно позлорадствовал, когда шериф грубо осадил эту испуганную женщину. Он даже представить себе не мог (и не хотел), что она видела в сгоревшем доме. Оставалось надеяться, что он никогда с подобным не столкнётся.
– И всё же я не имела права накидываться на вас и тащить вас к шерифу, – на мгновение она замолчала, а потом добавила: – Просто я была очень напугана.
– Я же говорю, вам не в чем извиняться, – сказал Крис. – Я бы на вашем месте сделал и не такое. Давайте забудем о том, что случилось, хорошо?
Коби несколько секунд, не мигая, смотрела на него.
– Я постараюсь, – проговорила она, но уверенности в её голосе не было. – Хотя не знаю, получится ли у меня.
Через десять минут машина помощника Тетчера неторопливо катилась по шоссе. Крис сидел на переднем сиденье рядом с полицейским, а Луна устроилась сзади. Никто из сидящих не испытывал желания начать разговор. Помощник Тетчер был всё ещё бледен, и Крис видел, как дрожат его руки, сжимающие руль. Полицейскому, которому до этого приходилось лишь штрафовать за превышение скорости или распитие спиртных напитков в неположенном месте, приходилось тяжело. Да и сам Крис чувствовал себя подавленно, не так он рассчитывал вернуться в родной город после почти полугодовой отлучки.
В автомобиле помощника были открыты все окна, но летящий навстречу воздух не приносил облегчения. Крис чувствовал, что его рубашка промокла от пота, и был бы не против искупаться в речке, попадись им такая по пути.
– Давно я не видел такой жары, – сказал он, прежде чем понял, что проговорил эти слова вслух.
Звук собственного голоса показался ему таким странным, что Крис задумался, а стоило ли ему вообще открывать рот. Хотя, с другой стороны, пока он не произнёс эти слова, он не понимал, как тягостно ему было это молчание.
– Я такой жары вообще ни разу не видел, – проговорил помощник шерифа. – Я думаю, что такая жара не к добру.
– Жара очень часто предшествует урагану, – сказал Крис. – Моряки, к примеру, умеют распознавать приближающуюся непогоду по виду солнца, зари или луны. Некоторые умеют читать погоду по звёздам или закатам.
Помощник шерифа посмотрел на голубое без единого облачка небо.
– Ураган? – с сомнением спросил он. – Я скорее поверю в ещё одну неделю жары.
– Был бы у нас барометр, мы смогли бы узнать точнее, – продолжил Крис, понимая, что сам говорит пустое и ненужное, но не мог остановиться. Разговоры помогали ему не думать о том, что он видел в Оганквите. – Хотя я и не утверждаю, что будет буря, я лишь сказал, что такая неестественная жара часто предшествует непогоде. Я читал, что учёные проводили исследования и выяснили, что шквалистому ветру, ливням и грозе часто предшествует жара. Это связано с изменением давления, а изменение давления напрямую связано с ураганом. Вы не поверите, но на Земле действует одновременно около полутора тысяч гроз, средняя интенсивность разрядов оценивается как 100 молний в секунду. При этом по поверхности планеты грозы распределяются неравномерно. Над океаном гроз наблюдается приблизительно в десять раз меньше, чем над континентами.
– Откуда ты всё это знаешь? – спросила Луна с заднего сиденья.
Крис с улыбкой повернулся и посмотрел на девушку, заметив, что в этот раз она не покраснела и не отвела глаз. Половину её лица, как всегда, закрывали волосы, и только сверкающий глаз выглядывал из-за них.
– Прочитал где-то, – ответил Крис и отвернулся. – Правда, не помню уже где.
– Я всё же не верю, что будет гроза, – повторил помощник шерифа.
Крис почувствовал, что шок отступает, и понадеялся, что остальные тоже это чувствуют. Правда, внутри зрело какое-то другое чувство, неприятное и тревожное, будто ему на живот под рубашку положили холодную металлическую трубу или что-то вроде этого. Крис знал это ощущение, хотя до этого ни разу его не испытывал. Это было ощущение надвигающейся беды. Он сразу вспомнил о словах шерифа, что его отец уехал в Денбру по важному делу и не сможет встретить его. Он мог только надеяться, что отцу ничего не угрожает. Хуже всего в этом тягостном, тяжёлом чувстве тревоги то, что ты не знаешь, кому оно угрожает – тебе или твоим родным.