Однажды в лесу ты судьбу свою встретишь,И сколько бы не пытался сказать – не хочу, не отпустишь,Меж вами утечет немало воды,Но сколько бы бед не прошло,Не сможешь опустить ты руки.Милдред, пытаясь унять внутреннюю скорбь, идет в лес за ингредиентами и находит в траве то, что навсегда изменит ее жизнь.
Милдред в последний раз окинула взглядом отражение в зеркале. Эту розовую ленту, которую еще в годы детства подарила ей бабушка, она продолжала носить по привычке, хотя волосы ее волнистые и рыжие отросли настолько, что едва удерживались тонкой полоской ткани. Милдред сдернула ее, тряхнула головой, распластав волосы в разные стороны. Пора было что-то менять.
Она оставила ленточку рядом с зеркалом, протерла глаза. Веки больше не щипали высохшие слезы. Боль притупилась, остались лишь какие-то осколки. И хоть раны от них продолжали кровоточить, все постепенно забывалось, становилось рутиной.
Вот она зашла в комнату, которую давно выделили под создание различных снадобий и где полки занимали не книги, а редкие ингредиенты, вспомнила, как крутилась рядом с бабушкой, размешивающей очередное зелье в котелке. Милдерд, едва доставая ростом до края, заглядывала в глубь зеленоватой кашицы и спрашивала о вареве, бабушка же рассказывала, попутно поглаживая рыжую макушку.
Сейчас в комнате была пустота. Да и зелья нынче не в ходу – в период, когда природа буйствовала различными оттенками зеленого, а солнце сильно припекало спины, охотятся меньше, предпочитая собирательство, – поэтому Милдред нет нужды разводить огонь, греть воду. Делать все то, что когда-то делала бывшая хозяйка дома.
До уха долетел скрип двери. Милдред спешно двинулась на встречу гостю. Молодой эльф улыбнулся ей, чуть склонил голову и спросил:
– Элиза здесь?
Прошел уже год, но не все привыкли. Милдред было легче, она видела уход бабушки, провела с ней последние минуты жизни пожилой эльфийки. Другие же терзали ее теперь своим незнанием.
Но говорить ничего не требовалось. Одного взгляда хватало, чтобы словить понимание.
– Ах да, я все никак не привыкну, – говорили в очередной раз с виноватой улыбкой. – Мне нужно…
Все, как обычно. Милдерд давала то, что у нее просили, иногда чинила от скуки вещи односельчан. В остальное же время сидела в этой пустоте и пыталась тренироваться. Больше ничего не оставалось.
Сегодня же в голову пришла идея. В какой-то момент наметанный глаз выхватил несколько полупустых полок. То закончилось, и запасы этого совсем прохудились. Стоило развеяться и заодно немного пополнить карманы.
Милдред вновь подошла к зеркалу, занесла руку над ленточкой. Минуту она не шевелилась, силясь или опустить руку, или все-таки совершить задуманное. Но в конечном итоге, просто развернулась и двинулась на выход. Что-то за прошедший год следовало поменять.
Когда деревня оказалась далеко позади, Милдред остановилась, вдохнула полной грудью. Вокруг лес, высокие деревья и низкие кустарники, украшенные зелеными капельками-листочками, из звукового сопровождения остались лишь птицы.
Милдред шагнула дальше, окинув взглядом близлежащие кусты. Так было проще понять, где росли нужные цветы. Она сделала еще шаг, потянулась к ветке, желая убрать ее с дороги, как вдруг услышала писк. Подобное не вызывало у нее ни настороженности, ни подобия страха. Сразу пришло в голову, что рядом гнездо или норка, где сидел очередной выводок. Не стоило тревожить.
Писк снова врезался в самую подкорку. И чего она вдруг стала подмечать подобные вещи? Близ Лейна, ее родной деревни, никогда не водилось никаких хищников. И не было шанса, что они заглянут на огонек, – вокруг одни горы.
Милдред все-таки окинула взглядом пространство вокруг. Не похоже, что здесь было подходящее место для гнездования. Да и норка рядом с тропинкой, где ходили эльфы и другие двуногие существа? Это показалось ей странным.
Она отпустила ветку, еще раз окинула взглядом высокую траву и в этот раз смогла приметить заметное шевеление. Кто-то смотрел на нее из-за длинных травинок и время от времени пищал. Милдред без опаски опустила на колени, смахнула мешающую траву. С изумлением она обнаружила детеныша дракона. Переливаясь всеми оттенками зеленого, он сидел на попе, сложив на лапы хвост и с опаской глядел на нее, безуспешно пытаясь писком призвать мать.
«Дракон? Здесь? Как давно в последний раз они здесь появлялись?» – думала про себя эльфийка, наблюдая за находкой.
Тот же смотрел на нее, глаза его вспыхивали то небывалой решимостью укусить, то сильным страхом перед существом более крупным.
– Где же твоя мама? – Милдред помотала головой. – Если бы была, не ушла бы далеко, – сказала она чуть тише.
Эльфийка решила проверить свою догадку. Если мать дракона рядом, не следовало его трогать. Если же с ней что-то произошло…
Милдред коснулась кармашка одной из прикрепленных к ее одежде сумок, вытащила оттуда несколько кусочков мяса, которым приманивала некоторых зверьков. Дракон сильнее вздул ноздри, но голову не сдвигал – все еще боялся. Милдред положила рядом с ним находку, поднялась и отошла на некоторое расстояние.
– Бери, не бойся, – улыбнулась она ему и двинулась дальше.
