Произведения, вошедшие в книгу, объединены общим замыслом и адресованы главным образом подросткам. Их персонажи – обычные ребята, жизнь которых волею судьбы неожиданно меняется.Степан, герой повести «На впитавших солнце камнях», слывёт скучным и неуклюжим ботаником, который привык находиться в тени властного, предприимчивого отца. Но стоило пареньку попасть в городок с полусказочной старой крепостью, как его жизнь начинает стремительно меняться…Действие второй повести происходит в России XIX века. Одиннадцатилетнего Фильку овдовевшая мать вынуждена отправить на Соловецкие острова, славящиеся монастырем, храмами и древними лабиринтами. Мальчик оказывается воистину «в тридевятом царстве», где его каждый день ждут новые приключения.В книге тесно переплетены современность и далёкое прошлое. Ведь и раньше, и сейчас встречаются люди яркие и смелые, неравнодушные к истории и судьбе своей родины, а духовная связь между поколениями непрерывна.
Большой чёрный джип медленно тронулся в путь, выруливая со стоянки.
Стёпа, ещё полностью не проснувшийся в это раннее весеннее утро, удобно устроился в пассажирском кресле и с удовольствием наблюдал, как большие, сильные руки отца уверенно крутят колесо руля. Ехать в машине рядом с папой было одним из самых больших удовольствий в жизни тринадцатилетнего Степана, потому что случались такие поездки довольно редко – из-за отцовской занятости.
Всё внимание водителя было направлено на дорогу, и мальчик мог тихонько, чуть-чуть скашивая глаза влево, смотреть, как напрягаются чётко очерченные скулы, как упрямо выпячивается подбородок, как отец чертыхается вполголоса на других водителей, мешающих – вольно или невольно – движению автомобиля, или, наоборот, улыбается широкой белозубой улыбкой чему-то хорошему. И так тепло становилось на душе у Стёпки, такой безграничной любовью наполнялось его сердце, что он мечтал, чтобы поездка длилась вечно.
– Вот чёрт! – воскликнул отец и нажал на тормоз.
От резкого неожиданного торможения Стёпа чуть не впечатался в лобовое стекло, но сработал ремень безопасности, прижав его к спинке сиденья. Мальчик удивлённо закрутил головой по сторонам, ища причину внезапной остановки, и растерялся, увидев, как в нескольких шагах впереди автомобиля дорогу спокойно переходит чёрная кошка!
– Ты чего, пап? – спросил он.
– Примета плохая! – процедил сквозь зубы отец, прибавив витиеватое ругательство, и не тронулся с места, пока не дождался одинокого прохожего, не спеша пересёкшего опасную линию. Только тогда, облегчённо вздохнув, он отпустил педаль тормоза. – У меня дело впереди важное. Не хочу, чтобы на него повлияла какая-то кошка.
Вырвавшись из города, машина понеслась по трассе, а Стёпка предался фантазиям под мерное покачивание просторного, уютного салона.
Мальчик представлял, что сам управляет джипом, подчиняя своей воле мощного, норовистого железного коня. В мечтах он уже был героем любимого фильма или компьютерной игры, несущимся по утреннему шоссе спасать друзей, которые попали в беду, или знаменитым полицейским, преследующим опасных преступников. И серая лента шоссе уже не казалась бесконечной, а заурядное путешествие вполне могло превратиться в интересное и увлекательное приключение. Широкие шины тихо шуршали по асфальту, нашёптывая пассажиру, задремавшему на переднем сиденье: «Ждёшь приключений? Жди! Жди!»
Они специально выехали пораньше, чтобы приехать к дяде Тимуру в гости часам к десяти или одиннадцати, когда все уже проснутся, а впереди будет целый день для отдыха.
Стёпка надеялся как можно больше времени провести с отцом, но подозревал, что взрослые опять займутся своими бесконечными разговорами, а его отправят в компанию сестёр-близнецов, дочерей дяди Тимура. Девицы были ровесницами Стёпки, но общего языка найти никак не удавалось.
«Ну и пусть, – подумал Степан, – значит, пойду гулять по городу в одиночестве, а не с этими противными двойняхами!»
Городок Старая Крепость, куда лежал их путь, был совсем маленьким – скорее большая деревня, чем город. Каменных домов там было всего ничего, в основном частные: одноэтажные деревенские домики с садами да огородами. Основной достопримечательностью городка была древняя полуразвалившаяся крепость.
Год назад, когда они с отцом в последний раз ездили к дяде Тимуру, Стёпка просил отца сходить с ним и посмотреть крепость (интересно же!), но тот отказался, сославшись на важные дела, а в одиночку мальчик не решился гулять по чужой местности. За год он успел повзрослеть и был полон решимости исправить эту несправедливость.
Узкое шоссе серой лентой стелилось под колёса автомобиля, а по бокам зеленели бесконечные леса. Сейчас, в самом конце мая, старая, потемневшая еловая хвоя сочеталась с юной нежностью берёзовой листвы – как прошлое сочетается с будущим в точке настоящего на оси времени, в обе стороны уходящей в бесконечность.
Последние дни весны стояли по-летнему тёплые и солнечные, и Стёпка радостно глазел по сторонам, замечая, как молодые ёлочки, растущие стройными рядами вдоль обочины, весело машут ему своими ладошками с растопыренными зелёными пальчиками.
Он открыл бардачок и достал пачку жвачки. Прямоугольная подушечка растеклась во рту сладким арбузным соком, и Стёпка зажмурился от удовольствия.
– Что ты там опять жуёшь? – строго спросил отец, бросив короткий взгляд в сторону мальчика.
– Жвачку… – виновато промямлил Стёпка.
– Хватит жевать! И так нехуденький. Лучше бы спортом занимался, а не жевал всякую гадость. Я тебя предупреждал: вырастешь толстым – девчонки любить не будут.
Стёпа после папиных слов как-то сник и даже ссутулился. Он молча достал изо рта жвачку, ещё пахнущую арбузной мякотью, и, немного опустив боковое стекло, выбросил в окно.
