Однажды в XXI веке девушка по имени Таня, сидя дома в окружении любимых домашних питомцев, рассуждала о том, что было бы, если б она родилась не в этом веке или не в этой стране. Мысли о жизни в другой стране немного её напугали, в то время как эпохи притягивали интерес. Ей захотелось ощутить на себе, она мечтала и неожиданно почувствовала, как пространство вокруг неё стало мрачным, и тогда, испугавшись, девушка двадцати лет отраду съёжилась в комок и закрыла глаза. В её ушах нарастал шум, давящий на сознание, однако вскоре сие кончилось, и ей послышалось, как к ней что-то – она была не уверенна что именно - приближается. Она тут же открыла глаза и онемела от страха. На её двигалась повозка.
- Берегись! – крикнул мужчина.
Таня чудом избежала беды, перевернувшись и оказавшись в луже. Но грязная одежда не идёт в сравнение с избежанием гибели.
- Какъ ты здѣсь оказалась, дѣвица?! – спросил тот же мужчина.
- Я не знаю, - вставая произнесла Таня.
- Юродивая какая-то, - заключил неизвестный и продолжил свой путь.
Она оглянулась и поняла, что находится не в своём городе. Всё казалось ей таким пустынным и слегка диким. Преодолев свою застенчивость, она остановила человека и спросила, где она. Полная женщина в красивейшем платье ответила ей:
- Какъ ты смѣешь говорить столь неуважительно, когда обращаешься къ баронессѣ?
Она взмахнула веером, скрыв лицо, и ушла прочь вместе со своей свитой.
Таня не оставила своих попыток, подойдя к мальчику:
- Слушай, ты не знаешь, здесь какой-то маскарад? Где я нахожусь?
- Мама, сія дѣвица меня пугаетъ!
Прибежала взволнованная мать:
- Что ты сдѣлала моему сыну? Отвѣчай!
- Ничего, я просто спросила, где я…
- Ты находишься въ самомъ чудномъ градѣ изъ существующихъ! Предъ тобою великолѣпный Петербургъ!
- Я была здесь, но тогда всё было каким-то не таким… Вот, здесь было много людей, а здесь, я помню, был памятник…
- Сударыня, ты выдумываешь! Здѣсь никогда не стояло памятниковъ. Ни вчерась, ни сего дня!
- Извините, я, видимо, перепутала…
Женщина задумалась:
- Хмъ, а ты недурна. Только выглядишь странно и говоришь такъ же. Хочешь помогать мнѣ по хозяйству? Что умѣешь дѣлать?
- Могу готовить, правда, не очень хорошо.
- Стирать можешь?
- Да, а что там делать? Закинул – и стирается.
- Куда закинул? Неужто въ рѣку? Дивная дѣвица!
- Нет, в стиральную машину.
- А готовить тебѣ скатерть-самобранка?
Женщина рассмеялась.
- Что жъ, ты веселая дѣвица, но мнѣ такихъ достаточно. Но мы вынуждены покинуть тебя, поелику сынъ мой усталъ. Прощай! – и она, взяв сына за руку, ушла восвояси.
Таня была перепугана до смерти. Она начала в мыслях укорять себя за фантазии и, держась за голову, чуть не свалилась в воду. Её подхватил парень, на что она, опомнившись, ответила:
- Благодарю.
- Не за что, сударыня, - промолвил он и пошёл дальше своей дорогой.
«Как же странно. Это похоже на…» - думала Таня.
Она вновь остановила прохожего, стараясь говорить более прилично:
- Сударь, какой сейчас век?
- Шутишь, чертовка? Никакъ XVIII, четвертокъ 25-го маiя! – и он добавил ей на ухо - Ты съ башни свалилась? Иначе почему въ штанахъ ходишь?
Таня была шокирована. Незнакомец улыбался ей, в то время как на её лице стояла гримаса ужаса.
- Всё же свалилась, - плюнул он и пошёл далее.
- Я не хочу! Не хочу здесь оставаться! – вскричала она и упала на колени. Люди на улице, и без того разглядывающую гостью, устремились к ней, образовав круг. Они начали шептаться и рассуждать. Таня встала с колен и побежала в толпу, всё ещё держась за голову, отчего те, очевидно, расступились. Она бежала прочь из этого мира, казавшегося ей столь интересным и необычным. Наконец она поняла, что находится уже не здесь, но и, казалось, не у себя дома. Она стояла посреди поля, на котором возвышались сверкающие на солнце колосья пшеницы. Сзади послышался шум и голос произнёс:
- O que você está de pé? Trabalha!1
- Я вас не поняла.
Смуглая женщина в народном одеянии покачала головой и продолжила срезать колосья, бубня что-то себе под нос.
«А теперь где я? Уже явно не в Петербурге». Краем глаза она приметила свою тень, расположившуюся посреди поля. Солнце уже начало спускаться, от чего тени были особенно приметны.
Никогда она так не боялась своей тени. Она была какой-то непропорциональной, да и сама девушка ощущала, что стала ниже и как-то толще.
- Brokeback, vais trabalhar? Ainda temos muito para recolher! O anfitrião vai jurar!2 – кричала всё та же женщина.
«Что она хочет мне сказать? Наверное, я мешаю ей работать,» - подумала Таня и пошла прочь.
- Ei, onde vais?! Bêbado, certo?3 – кричала крестьянка ей вслед, но Таня уже её не слышала.
Она вновь очутилась в пустоте Вселенной. «Как же я хочу домой,» - думала она, - «Завтра надо вставать на работу, а я блуждаю здесь». Даже сейчас она не забывала о деле.
Вдруг она перестала чувствовать землю под ногами. «Что происходит?» - промелькнуло в её голове. Под правой её ногой была пропасть, самая что ни на есть настоящая. Девушке казалось, что это конец её приключению. За спиной она услышала:
- O ji san kiotsukete!4
