Беллами нашел множество схем, чертежей и инструкций, которые относились к различным системам в бункере. Благодаря им он смог починить нагреватели воды, и принялся за систему фильтрации. Целыми днями он занимался ремонтом и отвлекался только на первичные жизненные нужды. Кларк же в свою очередь не мешала, не подходила,и почти не разговаривала с ним.Когда она ложилась спать, он был еще в работе, когда просыпалась, его уже не было. Они свели свой контакт к минимуму, и это давалось слишком тяжело им обоим. Они нуждались друг в друге как никто и никогда, но сами были виноваты в том, что каждый сейчас сам по себе. Кларк из-за своих мнимых барьеров и границ, а Беллами, из-за того, что нарушил эти самые границы, а после, согласился с условиями Кларк, никогда этого не повторять. Пошел второй месяц таких отстраненных и напряженных отношений между двумя лидерами, когда-то существовавшего народа. Беллами заметил что Кларк снова начала рисовать, он всегда восхищался ее талантом. И рассматривал ее рисунки пока она спала. Он смотрел на нее, когда она не видела, когда слишком увлекалась, тем что появляется на листе от ее руки. Каждый раз, просыпаясь, он еще минуту лежал и смотрел на нее, будто пытался запомнить каждую мелочь. Каждую родинку или царапину. Он знал наизусть от чего каждый шрам на ее лице,которых для молодой девушки было слишком много. Как только она начинала ворочаться, он понимал что она скоро проснется, поэтому мгновенно скрывался в технической зоне. Он хотел остаться, очень хотел, но не мог. Он не мог даже встретиться с ней глазами, потому что ожидал холодный или полный ненависти взгляд. Парень боялся этого взгляда, он боялся что если увидит его, то это будет конец. Абсолютный и бескомпромиссный. С этого момента ничего нельзя будет вернуть.
Два с половиной месяца. Если быть точнее, семьдесят восемь дней Беллами и Кларк, некогда самые близкие люди, мучили себя молчанием и игнорированием существования друг друга. И вдруг, из технической зоны Кларк услышала вскрик, и за ним последовавший стон. Она сорвалась с места, перебирая в голове самые ужасные картинки и сюжеты что могло произойти. На полу сидел Беллами, зажимая ладонь, а с нее текла красная струйка крови, которая меньше чем за минуту уже образовала лужу. Кларк быстро схватила парня под руки, чтобы помочь ему встать и повела в комнату с различным медицинским оборудованием. Она усадила его на кушетку и начала нервно искать все необходимое. Собрав все принадлежности в виде спирта, иглы с нитью, и бинтов она придвинула стул,села напротив Беллами и протянула руку, чтобы он дал обработать свою. Он протянул свою руку и раскрыл ладонью вверх. Кларк увидела кровоточащую почти сквозную, но небольшую в диаметре рану и сразу принялась ее обрабатывать. Впервые с той ночи они так близко, впервые они коснулись друг друга, но мысли Кларк были заняты тем, чтобы быстрее все сделать с наименьшей кровопотерей. Беллами в свою очередь рассматривал ее. Как же он скучал, как же ему не хватало ощущения ее рук, которые старались не дрожать прокалывая его кожу иглой. Он неосознанно стал гладить ее руку большим пальцем травмированной руки, на что девушка шикнула, чтобы он не шевелился.
Зашив рану, она взяла большой кусок ваты, смочила спиртом и начала аккуратно протирать руку парня от крови. И в каждом ее движении было столько нежности, что Беллами понял, она не ненавидит его. Быть может обижена или злится, но не ненавидит. Это вселяло в него некую надежду, что они не проведут остаток дней по разным углам своего убежища. Потом она наложила бинтовую повязку, и наконец подняла на него взгляд. Он смотрел на нее в упор, не сводя взгляда.
— Что произошло? — Она старалась сказать это максимально спокойно, но получалось не очень.
— Отвертка соскочила. Бывает. — Кларк все еще держала его руку.
— Будь впредь аккуратнее. — Она отпустила его руку и принялась собирать и расставлять по местам все принадлежности, больше не глядя на него.
— Хорошо. — Парень встал чтобы уйти, потому что знал что больше не выдержит находиться в такой непосредственной близости от нее, не имея возможности даже коснуться.
— Беллами — Кларк вдруг повернулась к нему, когда он был уже у дверей.
— Да?
— Я хочу выйти наружу. — Выпалила Кларк. И Беллами охватил ужас. Неужели он ей настолько неприятен, что она готова выйти на обожженную, возможно, радиоактивную планету, лишь бы не находиться с ним в одном помещении? Хотя он не увидел в ее глазах ненависти или неприязни, когда она шила его рану. Что же тогда?
— Что?! Почему? Я что-то сделал не так?! — В его голосе она услышала нескрываемое отчаяние, и поспешила успокоить…
— Нет, все в порядке, просто запасы иссякают, и нужно что-то предпринимать. Я хочу найти что угодно, что помогло бы нам выжить. И мне нужна твоя помощь, мне нужна навигация изнутри.
