- А у меня есть! А как же доброе имя семьи?
- Ты считаешь, что обелила его, когда еле спихнула Мери замуж?
Удар пришелся по больному месту.
- Это священный союз в глазах всемогущего Господа!
- Ты просто прикрываешь действительность красивыми словами.
- Мама, это неправильно, если дочери приходится наставлять собственную мать в вопросах морали!
- Вот именно. Так почему бы тебе не закрыть варежку и не дать себе передохнуть в тишине?
- Ты что, даже не собираешься ничего предпринять? - вытаращила глаза Луиза.
- Когда Рилма переехала сюда из Шарлоттсвилля, она, как полагается, нанесла нам визит, а мы, как полагается, помогли ей найти работу и жилье. Она приходит в гости раз в неделю, а что она делает в остальное время - это ее личное дело, - Кора вывалила тесто на стол.
- Она твоя племянница! Ты за нее в ответе, - продолжила возмущаться Луиза.
- Я Ханну сто лет не видела. Моя мать снова вышла замуж, когда я уже жила отдельно. Ханна младше меня на пятнадцать лет. Мама осела в Шарлоттсвилле, вырастила Ханну и умерла. Ханна вышла замуж, вырастила Рилму, а теперь Рилме предстоит вырастить новенького человечка.
- Это позор!
- Никакой это не позор - родить ребеночка. Это естественно, - Кора принялась вымешивать тесто.
- Вне брака это позор. Это вульгарно!
- Это мы еще посмотрим, кто у нас тут вульгарный, - грузная женщина недобро глянула на дочь.
- При таком раскладе отец у ребенка запросто может оказаться чернокожим!
- До тех пор, пока кот ловит мышей, нет никакой разницы, белый он или черный, - негромко ответила Кора.
Джулия открыла дверь, вошла и стала отряхивать грязь с ботинок. Не успела она ее прибрать, как Луиза вывалила на нее свою новость.
- Рилма беременна!
- Ну и молодец, - Джулия была занята поисками веника.
- Ты такая же вредная, как и мама!
- Ну, я же ее дочка, - Джулия аккуратно смела комочки грязи в совок. - С днем рождения. Я принесла тебе подарок.
- Да как ты можешь думать о праздниках, когда на дворе такие времена? - завопила Луиза.
- Война кругом, сестричка. Женщины стремятся родить во что бы то ни стало. Разве это новость?
- Фу! - Луиза поерзала попой на кухонном стуле и скрестила руки на груди.
- Сегодня случайно встретила Орри Тадью. Она в тысячный раз пересказала мне историю о том, как огрела зонтиком по голове офицера, который пришел забирать Ноя.
- Ненавижу насилие, - Луиза прижала руки к сердцу.
- Если они пристанут и к Чесси из-за того, что у него немецкие корни, я их тоже вырублю.
- Мы все полукровки, - встрепенулась Луиза.
- Я думала, ты проследила наш род в глубину веков, до графа фон Хансмайера, который сражался с Шарлеманем, - Кора еще разок выбила тесто и стала разделывать его на маленькие шарики.
[
- Кстати говоря, - Луиза постучала пальцем по столу, как школьная учительница, - отец этого ублюдка - француз. Этот, как его... Булетт.
- Симпатичный парень, - кивнула Кора.
- Ага, только этот симпатичный парень уже катит во Францию, и с таким воякой мы точно выиграем войну! - оскалилась Луиза.
- Да ладно тебе, Луиза. Он отлично поработал, собирая деньги на нужды подпольщиков, - Джулия расшнуровала ботинки.
- Ты-то откуда знаешь? Может, он прикарманил всю сумму и сбежал в Канаду?
- Ну, ты зато у нас умная и все знаешь, - пожала плечами Джулия. Она не собиралась подыгрывать Луизе.
- Я думала, ты не в курсе кто отец? - спросила Кора.
- Как раз в курсе. А еще я слышала, что Джулия с Чесси подумывают усыновить этого ребенка! - раскипятилась Луиза.
- Может быть, - Джулия постаралась, чтобы ее ответ прозвучал уклончиво.
- Я не потерплю в нашей семье французских выродков! - Луиза снова затюкала пальцем по столу - очень раздражающий жест.
- Да тебе-то что? - вспыхнула Джулия.
- Эти люди сдали собственную страну без боя. Они аморальные и бесхребетные! Нам такие не нужны! - фыркнула Луиза.
- Луиза, это дитя еще не родилось, а ты уже обвиняешь его в падении Франции? - Джатс в недоумении поднесла руку ко лбу.
- Они улиток едят, - исторгла из себя Луиза очередное свидетельство испорченности французской нации.
- Ну и что? - Джулия посмотрела на мать, которая открывала и закрывала кухонные шкафчики куда более резкими движениями, чем обычно. Это означало, что пожилая дама начинает сердиться.
- А я по-прежнему убеждена, что в нашей семье не должно быть ни капли французской крови! Они встретили Гитлера с распростертыми объятиями! Если бы он заявился сюда, я бы сражалась с ним до последнего вздоха! - Луиза застучала по столу, как заправский дятел.
