- Нет, Луиза. Не могу сказать, что я об этом знал.
- Погоди, я тебе еще про Гарбо расскажу...
- Она тоже наркоманка?
- Нет, но...
- Луиза, мне эта Гарбо без разницы. Меня интересуешь ты, - он протянул ей баночку с румянами.
- Я устала.
- Ну давай, милая. Уже почти две недели прошло.
- А, вот как раз ты мне напомнил - я недели две назад купила Мери свитер, и у него уже дыра на рукаве! Она хочет новый. Еще чего! Я так ей сказала: раз купили, как хочешь, так его и носи, а нового не предвидится!
Он вздохнул. Осада будет долгой. Перли понять не мог, почему это дело так нравится ему и совершенно не нравится его жене. Поскольку красиво говорить он не умел, секс был для него чуть ли не единственным способом выразить свою любовь. А то, что его воображение ограничивалось только физическими областями, нельзя было поставить в вину ему одному.
- Ой, совсем забыла тебе рассказать! Джулия с Чесси перекрывают досками земляной пол в маминой кладовой. Разве не замечательно? А по хорошей погоде Чесси взбирается на крышу и меняет прохудившуюся черепицу. Я так думаю, Джатс на месте не усидит и полезет на крышу вслед за ним. Эта девочка никогда не умела себя прилично вести!
- Это вроде как здорово, что они все делают вместе.
- Да он с ней даже стирает! Я считаю, это неправильно. Мужчины делают мужскую работу, а женщины - женскую. Кто может предугадать, куда покатится мир, если все перемешается? Я в том смысле, как люди будут отличать, кто есть кто?
- У Джатс и Чесси с этим никаких проблем нет, - Перли в надежде положил руки Луизе на плечи.
Она предпочла этого не замечать.
- А я говорю - так неправильно! Все эти новомодные штучки! И они не ходят в церковь, а это страшный грех. Господь не благословит подобный брак.
- Сдается мне, Господь им частенько усмехается.
- Это все снаружи. А внутри они страдают, поклясться могу! - слово "страдают" вышло у Луизы раскатисто.
- Они счастливы, как и твоя мать. Разве сама не видишь? Ты, Луиза, что-то не то говоришь.
- Да ты что? Женат на мне все это время - и вот, значит, как ты обо мне думаешь?
Перли утратил свой последний шанс. Эта свара так быстро не кончится.
- Ну так я очень рада, что выяснила это, Перли Трамбулл! - она не давала ему и слова вставить.
- Да я не то имел в виду!
- Нет, то! Ты меня совсем не любишь!
- Все эти годы вместе - и я тебя не люблю? - он начал злиться.
- Видишь, тебе плевать! Ты даже не помнишь, сколько точно лет!
- Мы поженились после войны...
- Видишь, видишь, вот все вы одинаковые! Мужчины только об одном и думают!
- Чего? - мысли Перли в этот момент были далеки от мыслей Луизы. - О чем это, об одном?
- Сам знаешь о чем! - она пихнула баночку с румянами, стоявшую на покрывале.
- Луиза, так это обычное дело. На то люди и женятся.
- Ха! Да для этого даже жениться не обязательно. Посмотри вон на Рамелль с Кертисом или на ту же Рамелль с Селестой. Какая деградация!
Перли не был человеком с развитой системой предубеждений. Для него не составляло особой разницы, была Рамелль замужем за Кертисом или занималась любовью с Селестой. У Рамелль была своя жизнь, а он пытался жить своей.
- Всего пять минут назад ты хорошо отзывалась о Рамелль Боумен.
- Она хорошая женщина, очень красивая женщина.
- Так чего ж ты обзываешь ее деградицией... деградацией?
- Она нарушает закон Божий! Можно быть славным человеком, но в то же время оскорблять Бога, - Луиза окунулась в свою стихию. - Взять, к примеру, евреев. Аза Блейхродер хороший человек, но он происходит из народа, убившего нашего милостивого Господа. И если он не воспримет Иисуса, он все равно отправится в ад!
- Я в это не верю. Хорошее всегда остается хорошим. А в какую церковь они ходят - это без разницы.
- Аза не ходит в церковь! Он ходит в храм и носит кипу!
