Конечно же, отказ принять страх только ухудшил ситуацию. Она набрала номер Фанни, но повесила трубку еще до того, как раздался гудок. Глядя на снег, она думала обо всех поэмах, о давних произведениях западной культуры, сравнивавших зиму со старостью. "Метафоры - это способ видеть мир, - размышляла она. - А связаны они с реальностью или нет - это уже другой вопрос. И кроме того, я не старая. Вряд ли я сойду за "увядших лилий бледный цвет"[50], когда настанет конец. Смерть еще далеко. Боже, как я ненавижу эти ночные рапсодии! И почему я не могу уснуть? Вот выключу сейчас этот проклятый свет и усну. Сейчас же!"
Она погасила свет. Голова горела. Дышать было трудно. Колющая боль угнездилась в сердце.
"Сердечный приступ! - она включила свет и села прямо. - Я еще слишком молода... - ее ладони взмокли. - Нет, у меня не сердечный приступ. Господи, я вся дрожу. Да что со мной такое?"
Селеста снова подняла телефонную трубку и снова опустила ее на место. Потом подошла к шкафу и оделась. Быстро спустилась по лестнице и вытащила из шкафа свое самое теплое пальто из меха соболя. А потом прошла по снегу в гараж, завела автомобиль и направилась к Бамблби Хилл. Весь город был погружен во тьму.
Кора никогда не запирала дверь, так что Селеста осторожно приоткрыла ее и вошла. Она не могла решить, что будет хуже - разбудить Кору или войти в ее дом непрошеной гостьей. Дочь покойной Лилиан Рассел, Мейбл Норманд[51], испустила хриплое мяуканье. Это напугало Селесту, она отшатнулась и наткнулась на стул. В темноте она ничегошеньки не могла разглядеть.
- Кто там? - отозвалась Джулия.
- Селеста.
- А-а, - Джулия в ту же минуту снова уснула.
Кора услыхала шум и голос Селесты, накинула халат, зажгла газовую лампу и вышла с ней в переднюю.
- Селеста?
- Да, это я. Кора, мне очень неловко... Пожалуйста, извини меня за...
- У тебя дома все в порядке?
- Да, все хорошо.
Кора поставила лампу на стол и заметила обеспокоенное лицо Селесты.
- Давай-ка я согрею тебе молока.
- Нет, нет. Кора, пожалуйста, ложись спать. Мне так неловко, что я явилась сюда и вот так тебя разбудила.
Кора приобняла ее за плечо, укутанное собольим мехом.
- Селеста, милая, из-за этого не беспокойся. Я часто вставала к детям по ночам. Давай я разведу огонь.
- Пожалуйста, не надо. Возвращайся в постель. Просто позволь мне остаться в твоем доме и посидеть здесь, - ее нижняя губа задрожала.
Кора не убрала руку, а наоборот, помогла Селесте подняться на ноги.
- Идем. Ты идешь спать со мной. Выглядишь так, будто вот-вот рухнешь.
- Не рухну. Наверное.
- Да у тебя просто легкий приступ ночебоязни. Пойдем.
- Ночебоязни?
- Конечно. Когда не можешь уснуть. В голову лезут всякие мысли. Драконы рычат у тебя под кроватью.
- Что-то в этом роде, да, - Селеста послушно пошла вслед за ней по ступенькам.
- У меня такое тоже бывает. Было совсем ужасно, когда умер Эймс.
- И что ты делала?
- Поднималась и бралась за работу, а если не могла работать от усталости, то лежала в постели и пыталась представить рассвет.
Кора с Селестой вошли в небольшую комнатку. Кровать была накрыта ярким лоскутным одеялом, и когда Кора откинула его, до нее вдруг в полной мере дошло, что Селеста занималась любовью с женщинами. "Ладно, рискнем, - подумала она. - Я ее все равно люблю, хоть и не в том смысле".
- Тебе ночнушка нужна? У Джатс есть запасная. Я-то в них никогда не сплю, они вечно запутываются.
- Я тоже не могу в них спать, - смущенно отказалась Селеста.
Она перебросила свое соболье пальто через спинку стула и поспешно разделась. Было так холодно, что ей хотелось забраться под одеяло как можно быстрее. Кора с восхищением посмотрела на ее прекрасное тело.
- Завтра я проснусь и сама посмеюсь над собственной глупостью.
- Бояться - это не глупо. Иногда страхи подкрадываются незаметно.
- Мои сегодня на меня просто набросились.
Кора рассмеялась.
- Знаешь, а ведь люди похожи на снежинки. Даже забавно - двух одинаковых не сыщешь, а порода одна.
- Да. - Селеста легла и замерла. Она боялась, что случайно коснется Коры и перепугает ее.
- До меня сегодня вечером дошло, что мне сорок три. Я не старая, но уже и не молода. И никогда больше молодой не буду, - она попыталась подавить тоску.
- Как и все в этом мире. Ты не понимаешь, как все было замечательно, пока не утратишь.
- Ты не боишься стареть?
- Ну, это еще когда будет! Мне тридцать семь... Черт, я радуюсь, что так долго протянула.
Селеста хихикнула. И ненароком задела грудь Коры.
- Прости! Я...
- Господи, солнышко, да ты вся натянута, как шкура на барабане. Снаружи и так холодно, так что не надо мне тут этой твоей ледяной вежливости. Иди сюда! - Кора притянула Селесту к себе и обняла. Божественная мисс Чальфонте не могла взять в толк, что же ей делать - до смерти перепугаться, сбежать или притвориться слепой.
- Селеста, расслабься. Я тебя не покусаю. Я просто буду тебя обнимать, пока ты не уснешь.
Селеста пристроила голову Коре на плечо и позволила ей погладить себя по голове. Она чувствовала, как колотится ее сердце.
- Кора, ты боишься смерти?
Это безмерно удивило Кору.