В 1957 и 1958 годах она снялась в ряде неудачных картин. Но известность Карлы помогла ей пережить этот период. Избегая общения с руководством киностудий, она понятия не имела о том, насколько прибыльны или убыточны фильмы с ее участием. Джереми умел делать так, чтобы публика не подозревала о падении истинной популярности Карлы. Заявление об ее уходе из кино, сделанное в 1960 году, замелькало в газетах и вызвало потрясение в мировой киноиндустрии. Карла не собиралась навсегда покидать кинематограф. Ее отказ сниматься был связан с заключением Джереми нового контракта.
— Я слышала, Элизабет Тейлор получает за «Клеопатру» миллион, — заявила Карла. — Я хочу миллион и сто тысяч. Скажи боссу «Сенчери», что я подпишу контракт на три фильма; общая сумма должна составить три миллиона триста тысяч.
Пока Джереми вел переговоры, занявшие несколько недель, Карла установила в одной из пустых комнат своего дома балетный станок и стала делать упражнения по четыре часа в день, а также совершать длительные прогулки.
Однажды вечером Джереми пришел на обед к Карле. Он сказал ей, что контракт подписан, но они обсудят его только после обеда. Она кивнула с обычным равнодушием. Они сидели на кухне; он смотрел, как Карла поглощает бифштекс. Подливка текла по ее прекрасному лицу, восхищавшему так много людей.
— Карла, ты слышала о романе, который называется «Император»?
Задав вопрос, Джереми вздохнул. Откуда ей знать о нем? Им обоим было известно, что она не читает книг.
— Он занимает первое место в списке бестселлеров, — продолжил он. — Глава «Сенчери» пытается заполучить Марлона Брандо или Тони Куина на роль Императора.
— И что?..
Она сосредоточенно ела бифштекс.
— Тебе собираются предложить роль Императрицы.
— Эта роль подходит для Карлы?
— Она великолепна.
— А деньги?
— Гонорар будет маленьким. Карла перестала жевать.
— Я думала, мы получим миллион.
И тут в ярко освещенной кухне он объяснил ей, что последние фильмы с ее участием принесли убытки. Но легенда, созданная вокруг Карлы, обладала такой силой, что никто, кроме боссов киноиндустрии, не догадывался об этом. Карла могла получить за фильм сто тысяч долларов и два с половиной процента от чистой прибыли… что могло составить заметную сумму лишь при общем доходе от проката, превышающем десять миллионов долларов.
Она молчала. Джереми произнес:
— У нас нет выбора.
Карла отодвинула от себя тарелку.
— Если я соглашусь, все поймут, что я потерпела крах. Но если я уйду сейчас из кино, это останется тайной.
Джереми удивленно посмотрел на нее.
— Тебе сорок два года… ты в расцвете сил.
— О, я уйду… лишь на год. Меня позовут назад. Вот увидишь. И каждое следующее предложение будет более выгодным, чем предыдущее.
Он уставился на Карлу. Это был блестящий ход… но хватит ли ей денег, чтобы осуществить его?
— У тебя всего лишь двести пятьдесят тысяч долларов, — напомнил Джереми.
— Вложи их в шестипроцентные облигации. Я не трону эти деньги.
— Но на что ты собираешься жить?
Карла пересекла комнату и поглядела через окно на высокую каменную ограду, которую она возвела вокруг дома.
— Сегодня сыро. Но я все же прогуляюсь. Надев пальто, она вышла.
Когда Карла вернулась домой, Джереми смотрел выпуск новостей.
Он выключил телевизор.
— Ты приняла решение? Она кивнула.
— Ты слышал о женщине, которую зовут Блинки Джайлс?
— Да… она — миллионерша из Техаса или откуда-то еще.
— Блинки Джайлс — известная лесбиянка. Год тому назад она пустила слух, что готова бросить к моим ногам сто тысяч долларов за одну ночь, проведенную со мной. Я скажу Соне Кинелле… по субботам у нее собираются на ленч лесбиянки… что согласна принять Блинки в ближайший уик-энд.
Блинки Джайлс… толстая, задыхающаяся корова. Она пришла к Карле и положила к ее ногам сто тысяч долларов, сидя возле Джереми. Вслед за Блинки у нее появилась Княгиня…
После ухода из кино Карла стала еще более легендарной личностью. Посыпались предложения — одно выгодней другого. Наконец через три года Джереми принес актрисе контракт на миллион долларов плюс десять процентов от прибыли.
