— Мне жаль вас. Наверное, просто ужасно, когда человек смотрит на мир так предвзято.
— Поберегите для других свою жалость. Именно жалость мне не нужна была тогда, и я не собираюсь терпеть ее теперь.
— Что это должно означать?
— Я воюю честно. Только и всего, — с горечью произнес Мэт. Он взял Зу за локоть и повел к дому.
Не остановись она у самой двери, ей пришлось бы вместе с Мэтом войти в гостиную, из которой доносились голоса Хэндзл и Тони, но, после того что произошло в саду, ей надо было успокоиться.
— Я, пожалуй, поднимусь к себе. Подновлю макияж и тотчас вернусь.
Зу действительно не стала канителиться. Она быстро провела по волосам расческой и чуть-чуть подкрасила губы. Проделав это, девушка почувствовала себя немного спокойнее и спустилась в гостиную.
На столике ее уже ждала традиционная рюмка бренди. Она с облегчением увидела, что Мэта еще нет, а Тони и Хэндзл разговаривают, не спеша потягивая бренди.
— Надеюсь, я никого не задержала? — задала вопрос Зу.
Было ясно, что она пришла вовремя. Мэт еще, конечно, переодевался, ему надо сменить дорожную одежду на более официальную. Из головы Зу никак не выходило то, что только что произошло в саду, казалось, что об этом не могли не знать Хэндзл и Тони, ведь, наверное, Мэт сказал им о встрече с ней.
— Вы ничуть не опоздали. Мы ждем Мэта. — Хэндзл сказала об этом так, как будто знала, что Зу известно о его появлении. — Хотя я ожидала его приезда, все равно была приятно удивлена, когда сын вошел. Ведь, как я и говорила, он так и не предупредил меня о своем приезде.
Хэндзл быстро направила пристальный взгляд на девушку, а потом дальше, к двери, где показался Мэт. В глазах матери сияла безмерная любовь.
— А вот и он!
Смерив Мэта холодным взглядом, Зу пересекла комнату и села рядом с Тони. Ведь надо же было хоть как-то подтвердить свою лояльность.
— Ты хорошо добрался? — спросил Тони. Вопрос прозвучал по-светски безразлично, но Зу показалось, что в голосе жениха притаились жесткие нотки.
— А он был не один, — сообщила Хэндзл.
— Верно! — подтвердил Мэт. Похоже, его взгляд остановился на племяннике. — Я привез Камиллу. Когда я сказал, что еду сюда, она попросила взять ее с собой.
Это известие почему-то не оставило Зу равнодушной. Итак, он встречался с Камиллой!
— Имейте в виду, она ехала в кузове грузовика, — засмеялась Хэндзл. — Ради Мэта эта девица поехала бы и на лопате.
А какая девица не поехала бы? — подумала Зу.
Она в отчаянии разглядывала гостиную, но заметила, как насмешливо скривились губы Мэта.
Ужин шел своим чередом, но невеста все время думала о том, известно ли Хэндзл или Тони о тех подводных течениях, которые бурлят в этой комнате. Прилив желания у нее и Мэта был такой силы, что даже сейчас Зу, не отрываясь, смотрела на него. Ей казалось, что она будто загипнотизированная, не в силах отвести от Мэта взгляд даже на миг. Зу надеялась, что сотрапезники этого не замечают. Хэндзл бурно радовалась, что любимый сын рядом с нею. Тони, как всегда, болтал без умолку. Странно, как это она раньше не замечала, что Тони говорит много, не особенно заботясь об отношении слушателей к сказанному им. Его увлекает сама роль рассказчика. А Мэт, наоборот, экономит слова, говорит всегда что-то важное и интересное, и потому все его внимательно слушают.
Как бы там ни было, но Зу безошибочно угадывала, что происходящее между нею и Мэтом волнует не только ее. Она все время ощущала на себе его взгляд. Ей не нравилось, что он, не отрываясь, смотрит на ее губы, словно напоминая о недавнем запретном поцелуе. Зу даже захотелось стереть со своих губ это буквально испепеляющее воспоминание. Она понимала, что чем хуже чувствует себя, тем больше это забавляет Мэта, но ничего не могла с собой поделать.
И тут Хэндзл изрекла со свойственной ей прямолинейностью:
— Вы, Зу, сегодня какая-то необычно тихая. Плохо себя чувствуете?
— Честно говоря, я не в самой лучшей форме. Наверное, солнце мстит мне за легкомыслие.
— Что вы имеете в виду? — обеспокоенно спросила хозяйка.
— Мне захотелось поскорее загореть, и потому я довольно долго пробыла на солнце.
— А, это очень неразумно. Впредь будьте поосторожнее.
— Все учатся на своих ошибках. Я тоже.
Зу отвела глаза от Хэндзл и снова встретилась с властным взглядом Мэта.
— Никто не будет возражать, если я вас покину? Мне, пожалуй, лучше пойти спать, — засуетилась девушка.
— Ну конечно же, моя милая! Я и сама не собираюсь очень засиживаться. Идите, идите, дитя мое! — сказала женщина.
— Спокойной ночи, Хэндзл. Спокойной ночи, Мэт.
Зу наклонилась, чтобы поцеловать Тони.
Он равнодушно принял поцелуй, а потом со злой усмешкой, напомнившей Зу их последний разговор, произнес:
— Рано лечь спать не помешает и мне.
Тони взял костыли и направился к двери вслед за невестой.
Пропустив его вперед, Зу плотно закрыла дверь. Наконец-то она окажется вне досягаемости глаз Мэта. Перед нижней ступенькой лестницы девушка обернулась:
— Еще раз спокойной ночи, Тони.
— Не уходи так сразу! Пойдем посмотрим на звезды из окна моей спальни.
