Только слепой бы не понял: девушка замышляет что-то грандиозное или ужасное! К сожалению, я и подумать не могла, что ее влюбленность может сподвигнуть подружку на дикую выходку.
Внезапно диджей выключил музыку, и все недовольно заныли.
Затем одинокий луч света упал на середину танцпола, где стоял Роман в женской форме лагеря «Зорька»: в майке и юбке.
Ноги сами вынесли меня к нему на площадку. Но не успела я дойти всего пару шагов, как довольно скалящийся Никита вылил на голову Роману зеленку, а затем резко дернул юбку, буквально разорвав ее пополам, после чего с чувством выполненного долга танцующей походкой вернулся на свой пост, предварительно сделав несколько фотографий.
Я смотрела на довольного Романа, с лица которого капала зеленка, и не могла понять, почему так счастлива.
– Теперь мы в расчете? – спросил парень, словно не замечая, как девушки с томными вздохами и глупыми улыбками разглядывают его белые, в потеках зеленки, трусы и упругую попу. – Знаю, за прошедшие годы я сделал тебе много гадостей. Но это все, что я мог тут организовывать! Я сильно тебе задолжал, но постараюсь исправиться и стать для тебя тем человеком, который никогда не обидит и не предаст. – Роман улыбнулся и смущенно развел руками. – Я не знаю, как называется чувство, когда при взгляде на девушку ты готов расшибиться в лепешку, чтобы привлечь ее внимание, любой ценой! Но это то, что чувствую я! Я пойду на все ради одной твоей улыбки, ведь она дарит мне столько радости, сколько я не получал за всю жизнь. В общем, Ин, ты просто обязана быть со мной, потому что я уже не позволю никому другому к тебе прикоснуться. Ты моя девушка. И только моя!
И вот стоит передо мной парень в белых трусах, до которых уже дотекла зеленка с лица, улыбается во все тридцать два и смотрит с такой надеждой во взгляде, а на нас пялится толпа.
А я что?
А я стою и чувствую, как по лицу текут слезы, остановить которые я не в силах, как не в силах и что-либо сказать.
Ведь я тоже всегда хотела, чтобы он обратил на меня внимание.
Хотела, чтобы он увидел, что я не такая, как все те глупые девицы, что вешались на него в школе, да и здесь, в лагере. Страстно желала, чтобы он заметил меня, оценил, чтобы улыбнулся. Только никогда не умела нравиться парням и шла от противного – раз вы меня не замечаете, то тоже недостойны и капли моего драгоценного времени. Может, причиной всей нашей школьной войны, этого глупого противостояния, в котором я согласилась на роль жертвы, а он – единственного, кому разрешено было издеваться надо мной, было именно это – притяжение, которому мы не могли противиться?
Но как перешагнуть созданный за годы психологический барьер и признаться ему во взаимности? Ведь это будет выглядеть глупо и непоследовательно, почти предательством по отношению к той маленькой Инне, которая настрадалась от его издевок в школе.
– Инна, прошу тебя, – Роман сделал первый неуверенный шаг в мою сторону, словно опасаясь, что я сбегу.
В его взгляде было столько всего: замешательство, отчаяние, надежда и чувство вины. Казалось, от моего ответа зависит его жизнь. Словно парень идет по тонкой струне, натянутой над пропастью, и я только что ее задела.
– Я обещаю тебе, такого, как раньше, никогда не повторится. Поверь мне.
«Да пошло все к черту!» – ответила новая, сегодняшняя Инна той маленькой обиженной девочке. «Я хочу жить здесь и сейчас, а не прошлым! Он уже изменился! И я не могу отрицать, как к нему отношусь!»
– Кажется, я люблю тебя, Роман Вернер, – сбивчиво, еле слышно прошептала я тихим голосом. Но парень, едва услышав мои слова, расцвел и рванул ко мне с такой скоростью, что едва не сбил с ног. Его резкий, жадный поцелуй сказал мне, как важно было для него мое признание. Я буквально теряла голову, слыша только удары его сердца и шум крови в ушах. Это был мой рай, моя личная сказка, что-то недозволенное маленькой забитой девочке.
Рядом кто-то захлопал, засвистел, мелкие принялись на разные голоса верещать «тили-тили-тесто», и вдруг дикий визг Юли прорезал нестройный шум толпы.
– Боже мой, человек утонул! – этот крик был полон ужаса и безграничной паники.
Мы с Ромой отпрянули друг от друга и повернули головы в сторону моря, куда перепуганная девушка тыкала пальцем.
На поверхности воды, лениво покачиваясь на легких волнах, медленно крутилось бездыханное тело девушки в зеленом платье с пайетками и в зеленом парике.
– Ин, это что? Это наша Зоя там? – испуганно прохрипела подскочившая ко мне Даяна, нервно схватив меня за руку.
И я забыла, как дышать.
Инна
Что бы вы чувствовали, если бы на ваших глазах тонул ваш друг? Или если бы вы увидели, как кто-то выносит из воды его бездыханное тело?
Только что, буквально несколько минут назад, вы вместе веселились и шутили, танцевали и хихикали, и тут…
Нелепая случайность?
Злой умысел?
Или… она сама? Нет! Исключено! Такого просто не может быть! Только не Зоя – веселушка, болтушка и хохотушка.
Чувство утраты, пополам со смутным ощущением вины – такой груз в несколько секунд может состарить тебя, прибавив седин и тяжести на сердце.
