И вот — эта встреча. Вечером я возвращался с плацдарма в район сосредоточения бригады. Навстречу шла легковая машина. Поравнялись, машина резко затормозила, и дверцу распахнул Виктор Сергеевич.
— Дмитрий Иванович! Какими судьбами здесь?
— Такими же, что и ты, дорогой!
Мы крепко обнялись.
Оказывается, 283-я стрелковая дивизия после разгрома восточнопрусской группировки немцев в течение трех суток совершила 700-километровый марш и к 8 апреля 1945 года сосредоточилась в лесу юго-восточнее Дрессена. Мы оказались почти соседями.
Встреча была короткой, каждый торопился по своим делам. Но мы договорились обязательно побывать друг у друга. И вот вскоре солнечным днем я прибыл в район сосредоточения 9-го гвардейского артиллерийского полка. Первым, кого я встретил, был командир отделения тяги 5-й батареи сержант Иван Терентьевич Степовой. Он так обрадовался, что даже прослезился. Впрочем, не менее взволнован был и я.
— Разрешите вас расцеловать, товарищ полковник!
Вы же наш первый командир полка, при вас он стал гвардейским. И по-матушке вы меня отучали ругаться...
— Ну, а как теперь, ругаетесь? — смеясь, спросил я.
— Никак нет, товарищ полковник, — серьезно отчеканил он. И, помолчав, добавил: — Только по особо важным случаям.
— Ну, рассказывай, как здесь ветераны полка поживают.
Иван Терентьевич вздохнул и с грустью ответил:
— Немного осталось из тех, с которыми вы начинали, товарищ полковник... Немного.
Стали подходить еще солдаты, завязалась теплая беседа. А к обеду подъехали и Виктор Сергеевич Кузнецов с Петром Ивановичем Целыховым. Мы вспомнили первые тяжелые дни войны, бои, в которых вместе участвовали, товарищей, отдавших жизнь за Родину.
Все чувствовали, что конец войны не за горами. Но для достижения победы предстояло еще многое сделать. Впереди нас ожидали большие бои.
Перед войсками 1-го Белорусского фронта Верховное Главнокомандование поставило задачу нанести главный удар с одерского плацдарма в направлении на Берлин и разгромить противника, оборонявшего восточные подступы к столице. Затем, взаимодействуя с 1-м Украинским и 2-м Белорусским фронтами, окружить всю берлинскую группировку и в кратчайший срок овладеть Берлином.
В решении этой задачи большое место отводилось артиллерии. Она должна была массированным огнем проложить путь нашей пехоте и танкам.
3-й Ленинградский артиллерийский корпус прорыва вошел в оперативное подчинение 8-й гвардейской армии 1-го Белорусского фронта, которой было приказано прорвать оборону противника на участке Гальцов, Заксендорф и, развивая наступление в общем направлении на Зеелов, Требнитц, Гарцау, Дальвиц, Силезский вокзал, Шарлоттенбург, на третий день операции овладеть рубежом Альт-Ландсберг, Кальнберге. В дальнейшем она должна была овладеть пригородами Марцан, Карлхорст, Дальвиц и центром Берлина.
Берлинская операция характерна дальнейшим развитием и совершенствованием организации и планирования артиллерийского наступления при прорыве глубоко эшелонированной вражеской обороны.
Артиллерийское обеспечение прорыва главной полосы обороны противника ночью с применением прожекторов планировалось в масштабе фронта. Тактическая внезапность в этих условиях достигалась короткой ночной, исключительно мощной по силе огня артиллерийской подготовкой. В ее графике отсутствовал период разрушения. Эта задача решалась в течение всей артиллерийской подготовки массированным и сосредоточенным огнем по участкам, в которые были сведены цели, подлежавшие разрушению.
Вся артиллерийская группировка размещалась в пределах первой и второй наших позиций, что увеличивало глубину одновременного подавления обороны противника в период артиллерийской подготовки. В полосе 8-й гвардейской армии эта глубина равнялась 17–19 километрам. Таким образом, в этой операции был применен принцип русских пушкарей: артиллерия должна стрелять далеко, но не издалека.
По предложению командующего артиллерией 1-го Белорусского фронта генерала В. И. Казакова впервые в практике артиллерийского наступления при прорыве главной полосы вражеской обороны ночью планировалась поддержка атаки огневым валом в свете зенитных прожекторов. При этом в соответствии с характером построения главной полосы обороны немцев применялись два метода артиллерийской поддержки атаки: двойным огневым валом на глубину до двух километров и одинарным огневым валом на глубину до четырех километров.
Артиллерийское сопровождение пехоты и танков при бое в глубине планировалось по заранее подготовленным участкам последовательным сосредоточенным огнем (ПСО) на глубину до 10 километров. Этим обеспечивалась возможность быстрого открытия массированного огня в том случае, если бы противник попытался оказать сопротивление наступающим.
В 8-й гвардейской армии артиллерийская подготовка планировалась продолжительностью 25 минут, поддержка атаки — одинарным огневым валом на глубину 1600 метров.
