Сообщение произвело впечатление, хотя Нэнси не позволила юноше увидеть, насколько это впечатление было глубоким. Откровенно говоря, армия для нее означала всего лишь грызущих удила лошадей, ревущие трубы и развевающиеся знамена. О более мрачной стороне она не думала, иначе восприняла бы новость более серьезно. Теперь же девушка молчала, с удивлением глядя на Рэндала. Юноша совершил ошибку, попытавшись поторопить события. Он обнял ее, прежде чем она смогла уклониться.
– Нэн, дорогая моя!
Девушка пыталась вырваться, но Рэндал крепко держал ее. Чувствуя бесполезность своих усилий, она начала сердиться по-настоящему.
– Пустите сейчас же! Пустите, или я закричу!
Услышав гнев в голосе Нэнси, юноша отпустил ее и молча стоял, пока она отступала на несколько шагов, тяжело дыша и сверкая глазами.
– Не сомневаюсь, что вы будете иметь успех в Лондоне! Там оценят ваши изысканные манеры! Думаю, вам лучше уйти.
– Простите меня, Нэн! – Юноша выглядел виноватым, чувствуя, что зашел слишком далеко и всерьез вызвал ее гнев. – Не будьте такой жестокой! Бог знает, когда мы увидимся вновь.
– Очень этому рада.
– Неужели вы говорите правду, Нэн? Неужели вы не испытываете ко мне никаких чувств и рады моему отъезду?
– Вам следует улучшить ваши манеры, – упрекнула его она, пойдя на некоторый компромисс.
– Постараюсь это сделать. Я просто хотел сказать вам, что уезжаю далеко и, возможно, не увижу вас несколько лет. Если вы не любите меня, то вряд ли я когда-нибудь вернусь в Потридж. Но если я вам не совсем безразличен, Нэн, и вы будете меня ждать, то я отправляюсь в путь с легким сердцем, и это поможет мне добиться чего угодно. Ради вас, дорогая, я завоюю мир и брошу его к вашим ногам! – красноречиво закончил он с безграничной самоуверенностью молодости.
Глаза Нэнси сияли. Преданность и энтузиазм Рэндала тронули ее: Однако упрямство оказалось сильнее. Она разразилась насмешливым хохотом.
– Ну и что вы мне прикажете с ним делать?
Слова и смех девушки рассердили Рэндала. Он открыл ей сердце и в своем восторженном монологе возвеличил самого себя, а теперь ощущал, как под действием ее сарказма словно сжимается до прежних размеров. Юноша принял выражение холодного достоинства.
– Можете смеяться, но когда я вернусь назад, вы наверняка об этом пожалеете.
– Только не забудьте прихватить весь мир, – поддразнила его Нэнси.
Смертельно побледневший Рэндал. бросил на нее свирепый взгляд, затем молча повернулся и зашагал прочь. Пройдя несколько шагов, он столкнулся с пожилым джентльменом в одеянии приходского священника, который медленно двигался ему навстречу, читая на ходу книгу. Священник поднял на юношу глаза, такие же голубые, как у Нэнси, но взгляд, их был более мягким.
– Здравствуй, Рэндал! – окликнул он юношу, едва не налетевшего на него, будучи полуослепленным невыплаканными слезами.
– Доброе утро, мистер Силвестер. Я… я пришел проститься.
– Знаю, мой мальчик. Твой отец говорил мне…
Из-за деревьев донесся насмешливый голос девушки:
– Не задерживай джентльмена, отец. Он спешит завоевать весь мир.
Мистер Силвестер приподнял густые брови, в уголках его рта мелькнула улыбка, добрые глаза смотрели вопрошающе.
Рэндал пожал плечами.
– Нэнси радуется моему отъезду, сэр.
– Нет-нет!
– Как видите, сэр, это ее настолько забавляет, что она не в силах удержаться от смеха.
Священник ласково взял юношу за руку и вместе с ним направился к дому.
– Нэнси под смехом скрывает волнение, – объяснил он. – Все женщины таковы. Чтобы понять их до конца, нужно долго учиться, и я сомневаюсь, есть ли смысл тратить на это время. Но я ручаюсь, что она встретит тебя с радостью, независимо от того, завоюешь ты мир или нет. Мы все будем ждать тебя, мой мальчик. Ты отправляешься служить великому делу, и Бог поможет тебе вернуться домой целым и невредимым.
Но Рэндала это не утешило, и, расставшись с мистером Силвестером, он поклялся себе, что не вернется назад, что бы ни случилось.
Однако перед отъездом из Потриджа юноша убедился, что мистер Силвестер был прав. В тот день Нэнси тщетно ожидала его возвращения. А ночью на ее подушке остались слезы, вызванные не только досадой, но и горем, которое пробудила в ней предстоящая разлука с Рэндалом.
Рано утром, когда деревня еще спала, Рэндал поскакал завоевывать мир, вооруженный туго набитым кошельком и новой шпагой – подарком отца, сопровождаемым его благословением. Когда он проезжал мимо стены, за которой виднелись верхушки цветущих вишневых деревьев, и возвышавшегося над дорогой серого дома ректора, наверху распахнулось окно, и в нем появились голова и плечи Нэнси.
– Рэндал! – нежно окликнула она его, когда он оказался рядом.
Юноша натянул поводья и поднял голову. Весь его гнев растаял в ту же секунду, а сердце бешено заколотилось.
– Нэн! – в этот возглас он вложил всю душу.
