Добрый день, Борис Натанович! У меня вопрос по «Обитаемому острову». Когда подпольщики рассказывают Маку про головные боли у выродков, Генерал упоминает Умника: «– У нас все есть, – сказал широкоплечий, – но эта задача не решается, Мак. Если бы она решалась, государственный прокурор не мучился бы от боли, как и мы. Уж он-то раздобыл бы лекарство. А сейчас он перед каждым регулярным сеансом напивается и парится в горячей ванне. – Государственный прокурор – выродок? – спросил Максим озадаченно. – По слухам, – сказал широкоплечий сухо». Помню, с первого же прочтения почудился мне тут намёк, что Генерал знаком с Умником, раз уж выделил именно его из всей элиты, да ещё знает, как тот от боли спасается. Скажите, пожалуйста, намекает ли это упоминание на какие-то прошлые события по авторскому замыслу? И если да, то, если не секрет, – на какие?
Нет, здесь нет никакого авторского замысла и умысла. Умник широко известен в узком кругу, и слухи о нем свободно бродят среди подпольщиков. Как у нас в свое время ходили и обсуждались слухи о Брежневе, о Сталине, о Суслове и т.д.
Уважаемый Борис Натанович. Филипп Павлович [Вечеровский] – филантроп? Как Вы относитесь к филантропам и относитесь ли Вы к ним?
Я никогда с ними не встречался, но отношусь к ним вполне положительно. Это благородные (хотя и странноватые) люди. Вечеровского я бы филантропом не назвал. «Я не друг человечеству, я враг его врагов», – вот это про него. Впрочем, главное его качество – гордость. Он не терпит унижения, он не обменяет свою «самость», свое право первородства ни на какую похлебку, он – сгусток мыслящей материи, и он ценит это свое свойство превыше всего. «Учитесь хорошо мыслить, вот основной принцип морали» – это тоже про него. Нет, филантропией тут и не пахнет.
Уважаемый Борис Натанович! Скажите, как выглядел и на кого больше всего был похож Леонид Андреевич Горбовский? Я посмотрела «Мир Тишины» сейчас, да, Бордо, конечно, не Торжок, но Горбовский мне представляется именно как молодой Жак-Ив Кусто, таким красивым, худым океанологом, защитником природы...
Больше всего Леонид Андреевич напоминает каменного идола с острова Рапа-Нуи. Он, действительно, худощав, глазные впадины у него глубоки, нос большой и вогнутый. Он никак не красавец, отнюдь, в отличие от Кусто, совсем не аристократичен, лицо у него скорее грубое, но всегда доброе, – лицо человека, который вас понимает и всегда готов помочь.
