Она – «пытается прогрессировать», и у нее даже кое-что получается, но слишком медленно и мало. С гирями авторитаризма и феодализма на ногах не очень-то попрогрессируешь.
Доброго Вам здоровья, Борис Натанович! У меня для Вас есть небольшая поправка – Вы довольно часто цитируете закон Старджона: «90% чего угодно – дерьмо». Я недавно читал статью о Старджоне и с удивлением узнал, что это, оказывается, не закон Старджона, а ни много, ни мало... Откровение Старджона (Sturgeon»s Revelation). Более того, Старджон постоянно жаловался, что люди путают его откровение и его закон. Да-да, оказывается есть и закон, и сформулировал он его несколько раньше: «nothing is always absolutely so», что я бы перевёл как «у ничего нет степеней сравнения». Надеюсь, я немного поднял Вам настроение, что уже немало. А теперь о вещах более серьёзных. Недавно после долгого перерыва я перечитывал «Туманность Андромеды» (точнее, прослушивал озвученную книгу, нелегко бывает выбрать время, чтоб почитать что-то новенькое, а уж перечитывать частенько приходится таким вот способом, выбирая время, когда глаза и руки заняты, а мозги свободны). И обратил внимание, как много в романе Иван Антонович уделил проблеме воспитания, там ведь очень много созвучных с Вашими мыслей. Возник вопрос – а почему об этом писали только Вы и Ефремов? В фентези есть десятки – если не сотни – описаний воспитания юного мага (один «Гарри Поттер» чего стоит), встречаются в фантастике попытки описания подобного процесса для людей с паранормальными способностями (впрочем, такие люди тоже ведь в некоторой степени маги), а вот для «нормальных»... Почему? Не понимают важности, даже необходимости этого? Боятся, что получится неинтересно? Или просто страшно браться за такую неподъёмную тему?
Не могу говорить за других, но, полагаю, все перечисленные Вами причины имеют место. Мы же писали об этом потому, что считали это чрезвычайно, фундаментально важным, – и мы писали об этом мало («темно и вяло»), потому что всю жизнь оставались в этих вопросах дилетантами. «Пиши о том, что хорошо знаешь, – или о том, чего не знает никто». Нам всегда казалось, что есть, есть люди, «знающие об этом», но, кажется, мы ошибались.
Здавствуйте! А не желаете ли Вы стать президентом, например, России!?
Господи! Ну, конечно, нет! Что за странное предложение! А Вы что, – можете поспособствовать?
