Борис Натанович, Вы недавно отвечали о коммунизме и его отображении в Мире Полудня. Ваши слова: «По моим представлениям, Мир Полудня есть общество, в котором человек главным источником наслаждения жизнью и главной своею целью полагает свободный творческий труд. Мир раскрытых и реализованных талантов. Мир, в котором свобода каждого ограничена только свободой остальных. Островки этого мира уже и сегодня существуют в океане социума (прежде всего, как творческие коллективы, объединенные общей творческой задачей), но они разрознены, социально нестабильны и не способны существенно повлиять на реалии Мира Потребления, в который они погружены». Наверное, слово «Остров» срезонировало во мне, и память тут же отрапортовала: Олдос Хаксли, «Остров», одна из редких утопий второй половины ХХ века (когда антиутопии были много популярней). Вы что-то можете сказать о Вашем отношении к этой книге?
Очень немного. В свое время читал, конечно, но сегодня ничего уже не помню. Видимо, остался равнодушен. Я вообще никогда не любил утопий, да и к Хаксли относился прохладно.
Здравствуйте, Борис Натанович! На очень многие вопросы Вы дали ответы в Off-line интервью, за что Вам большое спасибо! У меня, как у профессионального историка, возник такой вопрос. Довольно часто в Ваших произведениях я встречаю отсылки к реальным историческим или мифологическим персонажам. Например, в произведении «Понедельник начинается в субботу» описываются гекатонхейры, которые живут в виварии НИИЧАВО и попадают в весьма забавную ситуацию. С какой целью происходит заимствование исторических, например, античных, образов и фактов? Возможно, это делается для красивой метафоры, для усиления яркости описываемого события или для интерпретации каких-то элементов через исторические реминисценции?
Нет. Никакого глубокого смысла здесь нет. Нам просто казалось забавным сводить вместе персонажей самых разных мифов, сказок и легенд. Ведь и по замыслу, и по исполнению наш «Понедельник» – это всего лишь «капустник».
