Вопрос: Здравствуйте, уважаемый Борис Натанович! Огромное Вам спасибо за Ваши с братом книги, которые, конечно же, будут читать еще не одну сотню лет – не только за сюжет и идеи, но и за превосходно созданные миры-пространства, иногда уютные (мир Полудня, избы на курногах, квартиры на пр. Вернадского, иногда не очень (Лес, мир Города), которые однако всегда вызывают доверие. И, конечно, за блистательный стиль, когда к каждой фразе нельзя ничего ни добавить, ни отнять, и фразы эти достойно сверкают в венце мироздания, рядом с шедеврами Алексея Николаевича, Михаила Афанасьевича, да и Николая Васильевича. Отсюда первый вопрос: Кому из вас двоих с АН лучше (чаще) удавались перлы, подобные «Кадавр жрал», «Он простер указующую руку. В руке был штопор», «Вероятно, в большой степени швед»?
Никогда подобной статистики не велось. Я думаю, примерно фифти-фифти. (Впрочем, ни один из приведенных Вами примеров не кажется мне «перлом» – нормальные рабочие фразы-лошадки).
Вопрос: Вопрос 2. В какой стране «в большой степени» происходит действие «Отеля»?
Имелось в виду что-то вроде Швейцарии, Австрии, Андорры.
Вопрос: Вопрос 3. Земляне должны были косо смотреть на ВСЕХ прогрессоров, или же у Корнея Яшмаа была особо плохая репутация?
Земляне «косо смотрели» на ВСЕХ прогрессоров без исключения. Они предпочитали держаться от них подальше, – как в мое время приличные люди старались держаться подальше от энкаведешников.
Вопрос: Вопрос 4. Когда вы брали Полуденный и Островной антураж для «Жука», почему вы не захватили на Землю Раду или хотя бы воспоминания о ней? Как-то Каммерер не похож на человека, который легко забывает. Хотя, конечно...
Не забывайте, пожалуйста, что это РАДА была влюблена в Максима, а Максим относился к ней чисто по-дружески, по-братски, если угодно. Это не означает, разумеется, что Мак забыл Раду, едва только вернулся на Землю, он ее безусловно помнил, – просто я что-то не вижу, скажем, в «Жуке» или, тем более, в «Волнах» места, чтобы Максим ударился бы вдруг в воспоминания о Раде и чтобы это не выглядело бы явной натяжкой.
Вопрос: Уважаемый Борис Натанович! Мне с самого момента прочтения не дает покоя роман «Отягощенные злом». Мое ощущение: нэ так все будэт, савсэм нэ так! Известная жизнь Иисуса – это прежде всего трагедия, значит, второе его пришествие будет ни чем иным, как фарсом. Как Вы относитесь к такой постановке?
В принципе не возражаю. «Но, черт побери, Холмс! ЗАЧЕМ?»
