Слова перемежались легкими поцелуями, так что к концу его речи я уже даже не улавливала смысл. Лишь бы не останавливался.
— Вит, твою налево, — возмутился вернувшийся за стулом отец, — ну хоть постеснялся. Хотя о чем это я.
— Мил, ты вроде сам разрешил. Даже на тестя согласен. Следующий этап сделать тебя дедом.
И это взрослые люди? И они мне что-то пытались рассказать, логически рассуждать, взывать к моей неопытности, давя своим авторитетом и делясь мудростью? Сначала меня сильно крутанули вокруг себя, прикрывая от прилетевшего полотенца.
— Что? Я не готова становится бабушкой!!
— Леночка, из тебя получится очаровательная бабушка. Ай, больно! Мил, усмири свою жену, я же не могу драться с тещей!
— А я ей помогу!
— Так все, други, мне надоело. Я же и сдачи дать могу! Ландыш, отойди, чтобы не задело!
Я послушала последнего мудрого совета. Сначала отошла на пару шагов, потом еще немного дальше, смотря на возню взрослых состоявшихся людей, которые вели себя как детсадовцы. Постепенно куча мала переместилась в гостиную, где все перешло в битву подушками. Немного понаблюдав, я ушла за планшетом, потом вернулась в гостиную:
— Витольд Лоллиевич, а где ваш паспорт? Мне билеты надо заказать.
— Лоллийевич, Ландыш, Лоллийевич, — пропыхтел он откуда то с пола, теперь оба мужчины отбивались от мамы, — бумажник в куртке, там возьми телефон и карту на оплату.
— Угу, — пошла в указанном направлении.
Устроилась на кухне, быстро заказала билеты на ночной рейс. Они пришли, когда я уже доела суп. С моей стороны это было чистой воды позерство, потому что невозмутимо работать ложкой, когда из гостиной доносятся вопли, очень сложно. Я боялась, что соседи вызовут полицию.
Витольд устроился рядом, с насмешкой наблюдая мое показательное выступление. Я упрямо игнорировала его взгляд.
— Во сколько самолет?
— В десять минут двенадцатого. Прилет в половине первого.
— Хорошо.
Он позвонил Богдану, чтобы тот встретил нас. Родители молчали, следя за нами. Витольд же сосредоточился на обеде, лишь изредка по губам иногда проскальзывала загадочная улыбка. Я уже собиралась надуться, как меня сцапали после обеда и усадили к себе, не отпуская уже до отъезда, что совпадало с моим желанием. Родители не стали спорить или призывать к порядку.
Папа отвез нас сам. Полет я проспала, Витольд занимался проектом. Богдан не подал и виду, когда встретил нас на выходе из зала прилета. Он молча забрал багаж, лишь подмигнул мне, что быстро засек Витольд. Москва вновь вернула величавого архитектора. Он лишь одернул водителя, самолично усаживая меня в машину.
— Богдан, серьезней. Сначала к Ландышу, потом ко мне.
— Хорошо.
Когда мы поднимались, Витольд привлек меня к себе и попросил:
— Возьми все необходимое. Я не хочу тебя отпускать.
— Придется немного подождать.
Он устроился в большой комнате на диване, пока я собирала необходимое на три дня. Я торопилась, но все равно не успела. Витольд уснул. Непробиваемый, железный, невозмутимый и ироничный, гроза офиса, вызывающий трепет у офисных обитателей, с длинным списком регалий спал, запрокинув голову на спинку дивана. Я тихонько достала плед и прикрыла его. Мужчина даже не пошевелился. Я на цыпочках прокралась на кухню набрала номер водителя:
— Богдан, тут такое дело.
— Что случилось? Мне подняться?
— Нет, нет, ничего не случилось, только… В общем, Вишневский уснул у меня на диване, пока ждал. Я могу тебя попросить завтра с утра подвезти ему одежду для работы сюда. У меня нет правда телефона Тамары Андреевны…
— У меня есть. Ландыш, ты уверена? Я могу подняться и забрать его.
— На ручках понесешь? Богдан, пожалуйста, сделай как я прошу.
— Ландыш, просто…
— Богдан, я не маленькая девочка, спасибо что переживаешь, но наш шеф показывал себя вполне вменяемым человеком, умеющим вести себя корректно. Все, до утра.
Я отключилась, заглянула в комнату. Витольд спал. Достала ему запасную подушку, положила рядом, туда же добавила одеяло. Шеф даже не пошевелился. И даже когда после душа я повторно заглянула к нему, картина не изменилась — Вишневский спал.
— Прости, Дракон, у тебя был шанс но ты им не воспользовался, за что отдельное спасибо, — пробормотала я себе под нос, устраиваясь в своей спальне.
То ли переживания дня, то ли присутствие, пусть и за стенкой, еще одного человека, который просто своим присутствием дарил мне чувство защищенности и тепла, но в нула я очень быстро. Чтобы проснуться через пару часов от того, что меня укутали в одеяло и подтянули к себе поближе, пряча в крепких объятиях.
— Витольд, — попыталась возмутиться я.
— Я не разобрался, как раскладывается диван, а поперек лежать неудобно, может приступ ревматизма разбить.
— А что, уже бывали прецеденты? — съехидничала, пока он укрывался своим одеялом.
— Милая, могла бы поверить для виду и пожалеть. Не дождешься. Спи, у нас есть еще несколько часов до работы.
— Богдан утром одежду привезет.
Виска коснулись теплые губы:
— Спасибо. А теперь спи. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, — я уже проваливалась в сон, согретая объятиями.
