По пути мне попалась ресторация, поэтому я решил изменить свои планы, и заехал, хозяин был на месте. Оказалось, на завтра вечер занят, один из офицеров праздновал именины супруги, арендовал. Пришлось договариваться на сегодня, сегодня свободно было. Ну и договорились, пока аванс выплатил, чуть позже подъеду, уже обговорим какой стол будет и напитки. В принципе, тот не раз проводил подобные застолья, показал обычную смету, и подумав, я её одобрил, пусть будет она. И вот дальше уже штаб полка. Встречали меня многие, знали, что я уже в городе и сегодня прибуду. Пробежавшись, многим что раздал, так что отношение ко мне было радостно-благодушное. У начальника штаба побывал, и вот наконец пригласили к командиру полка, там по записи приём, я записался у дежурного, но долго не ждал, через полчаса меня отловили в штабе и направили к полковнику. Встречал тот меня один, видимо не хотел, чтобы кто видел, что я ему из столицы привёз, а то что я привёз, тот был уверен на все сто. Не также просто подписывал разрешение на её посещение.
Первым делом я повинился в том, что за границей побывал, а тут разрешение уже не комполка требовалось, а чуть ли не самого командира дивизии. Конечно прямого запрета не было, но желательно испросить соизволения. Подал я ему театральные альбомы тех пьес что играли в Санкт-Петербурге, Париже и Берлине, полковник с супругой были завзятыми театралами и для него именно они самый ценный подарок. Потом остальные сувениры, разве что ещё каменную настольную фигурку Эйфелевой башни подарил, ну и пачку газет из столицы, скорее даже из всех трёх, включая ту где я на первой полосе, и описал как получил чин и награду, сообщив что отмечать будем сегодня в ресторации, пригласив также полковника. Остальные тоже приглашены были. Тот пообещал быть. После этого выслушал мои приключения в столице, узнал, что я выпускаю и пожелал посмотреть продукцию. У меня в сумке были образцы, для того и взял, так что я на стол выложил две каски и два котелка, сообщив сколько у меня подобного товара, пусть изучают и думают. Насчёт касок вряд ли приобретут, тут уж извините, имелось идиотское правило не кланяться пулям, которому я не придерживался.
Больше часа в кабинете полковника провёл, и вот когда мы поговорили, общались можно сказать без чинов, тот и сказал:
— Раз вы отказываетесь от отпуска, уже оформились в канцелярии, то вот что я вам сообщу о вашем новом назначении. Вы как офицер достойно проявили себя, сам Император батюшка вас наградил, поэтому я считаю, что вы справитесь.
Я стоял, вытянувшись по стойке смирно, сейчас полковник перешёл на деловой тон, показывая, что он командир, а я подчинённый. Фуражка у меня на сгибе руки лежала, выправка просто превосходная. Вот так и слушал комполка. На миг тот запнулся, явно ещё не до конца решив, направить меня в новую часть или нет. Тут тоже есть свои особенности. В русских полках не было своих батарей, только пулемётная команда, и только полковая. В штате такой команды, недавно новые штаты ввели, восемь пулемётов «Максим». И это на весь полк. Курам на смех. Обычно была бригадная артиллерия, и дивизион, в котором и состояла батарея в которой я числился, подчинялся именно штабу тридцать первой пехотной дивизии, а не штабу первой бригады, куда входил наш Тамбовский полк. Раньше тот в Харькове дислоцировался, но вот перевели сюда к границе, это произошло полгода назад. Если бы не один момент, наша батарея ещё в январе была переподчинена полку, которым и командовал полковник Молчанов. Так что по факту я его подчинённый. Ну а перевести меня в другое подразделение не так и трудно, подать прошение в штаб дивизии и там в канцелярии всё сделают, командиру полка не откажут, хотя вроде как я и артиллерист. Артиллерия не мой конёк, я конечно все методички изучил, что-то понял, что-то нет, но всё равно перейти в другое подразделение желал сильно. Поэтому и напрягся, слушая полковника.
