В верхней части экрана появилась строка новостей, которая с каждым выходом очередной статьи про их отношения с Брейди, обновлялась. Она наугад кликнула по одной из ссылок и пробежалась по статье. Перед глазами появились слова: роман, студентка университета, журналист, скандал. Она перешла на следующую публикацию, а потом на еще одну и еще. Прочтя кучу однообразного материала, она вернулась на домашнюю страницу, и с удивлением увидела, что в результатах поиска появилась страница Википедии. Она открыла ее и увидела, что кто-то уже добавил информацию об их отношениях в раздел о личной жизни на страничке Брейди. Отлично.
Она была потрясена своими находками, когда двери открылись.
- Эй, - произнес Брейди все с той же пленительной улыбкой. - Чем ты здесь занимаешься?
- Мучаю себя. - Он приподнял бровь. - Просто просматриваю новости.
- Это плохая идея.
Она оторвала взгляд от Брейди и посмотрела на одну из последних статей, которая была на экране. Кому-то удалось раздобыть относительно хорошую фотографию там, где они были вместе, когда они покидали конференц-зал.
Брейди подошел к ней, прежде чем она это заметила.
- Давай я помогу тебе с этим, - сказал он, наклонившись через ее плечо, накрыв ладонью мышку в ее руках, и закрывая все статьи. - Вот, так-то лучше.
- Это моя жизнь, - прошептала она. - Я привыкла просыпаться и читать новости, перед тем как пойти на занятия. Я преданно наблюдала за своими любимчиками, легендами в своих отраслях. А когда я не читала статьи, я их писала. Я жила в редакции. Я взяла дополнительные факультативы в Департаменте журналистики. А теперь я даже не могу зайти в Интернет.
- Ты можешь пользоваться Интернетом, но вбивать свое имя в Google – сейчас не самое умное решение.
- Да, - произнесла она, пожимая плечами.
- Это пройдет. Так будет не всегда, - сказал он удивительно обнадеживающим голосом. - Иди сюда.
Лиз встала, и когда Брейди занял ее место, он посадил ее к себе на колени. Она сбросила туфли и согнула ноги под себя.
- Ты не можешь это делать.
- Что? - спросила она.
- Впадать в депрессию.
- Я не впадаю в депрессию, - ответила она ему.
Он приподнял бровь.
- Уверена?
Она быстро выдохнула и пожала плечами.
- Кажется.
- Ты же знаешь, что ты сильнее этого.
- Мне удалось выживать без тебя.
Он улыбнулся и поцеловал ее в лоб.
- И тебе больше не нужно этого делать. Что нам парочку репортеров после такого?
Лиз неохотно кивнула.
- Ты прав.
Она выпрямилась и попыталась задвинуть свои страхи подальше. В данный момент она действительно не могла ничего сделать. Она выбрала Брейди, и это было то, что шло вдобавок к такой жизни. Если бы ей пришлось снова сделать выбор, то она поступила бы так же.
- Как всегда, - сказал он, уткнувшись ей в шею.
- Ты такой скромный.
- О, нет, детка, я никогда такого не утверждал. Ты можешь оставить это для мужчин по помельче.
- Не думаю, что буду встречаться с кем-нибудь из других мужчин. Мне нравится один эгоист, который у меня уже есть.
- Эгоист, хмм?
Он укусил ее за шею, и она почувствовала, как ее тревога исчезает.
- Ага. Эгоист, наглый и самоуверенный
Брейди схватил ее за руку и провел ею по члену.
- В одном из этого ты права.
Лиз засмеялась и поднялась.
- Ты ненасытный, да?
Его зрачки расширились при виде ее, стоявшей перед ним в платье, в котором она была на пресс-конференции.
- Как очевидно.
- О, очевидно, - пошутила она, наклонившись вперед и соединяя их губы вместе. - Когда мы сможем отсюда уехать?
- К сожалению, только через пару часов.
- Видишь? У меня есть время, чтобы заглянуть в редакцию, - сказала она ему.
Они решили, что для нее будет лучше, если она не пойдет в университет на следующий день после пресс-конференции. Но она не могла долго скрываться, выпускной был не за горами, и ей нужны были балы. Она не была уверена, что происходило в редакции. Она хотела позвонить Мэсси, которая прикрывала Лиз в качестве редактора, пока той было плохо после того, как Хайден обнародовал историю о Брейди, и узнать, что у них творилось. Но она немного переживала о том, что могла услышать. Единственными людьми, с которыми она общалась с тех пор, как все это появилось в газетах, были ее родители и лучшая подруга Виктория.
Разговор с Викторией был гораздо приятнее, чем с родителями. Они напомнили Лиз про всех страхи, которые у нее были, когда она впервые согласилась на то, чтобы открыться перед публикой.
- Думаю, ты должна дать себе немного больше времени. Я не удерживаю тебя от газеты, Лиз, но просто представь, как это, скорее всего, сейчас будет выглядеть, - сказал он, с понимающим взглядом.
