– Не в этом случае. Обычно он стоит стеной между мной и родителями и не позволяет переходить границы. У нас очень сложные отношения. Но, возможно, ты этого даже не заметишь. Воспитание не позволит отцу или матери высказываться при посторонних. Я надеюсь.
– Тогда, пока нет Яра, я побуду твоей стеной.
Виола вымученно улыбается и выходит из машины. Через минуту на пороге нас уже встречает женщина в возрасте. Она великолепно выглядит для своих лет, с идеальной осанкой и приветливой улыбкой. Это точно мама Виолы, сходство между ними поразительное.
– Здравствуйте, проходите, – она пропускает нас вперёд, – чудесно выглядишь, доченька.
– Спасибо, мама. Илья, познакомься, моя мама Регина Владимировна. Мой отец Герман Денисович.
К нам приближается импозантный мужчина с серебристыми висками и поджарой фигурой. Он так же безукоризнен, как и его жена, неспешен и идеален в движениях. В них обоих чувствуется порода. Теперь понятно, откуда та грация, которая поразила меня в Виоле при первой встрече. В таких семьях ее впитывают с молоком.
– Рад знакомству, – уверенно жму руку отцу Виолы и целую руку её маме.
– Наслышан о вас, молодой человек, – мы все медленно перетекаем в гостиную, – вы очень выручили мою дочь и зятя, спасибо.
Герман говорит вежливо, но в его интонации нет ни намека на благодарность. Он указывает мне на кресло и садится напротив.
– И что же вас сподвигло на такой рискованный шаг? Яр тёмная лошадка и не все готовы вести с ним бизнес.
Бросаю быстрый взгляд на Виолу, которая превратилась в натянутую струну и видно, что еле сдерживается. Если он так при мне говорит о Яре, то в семейном кругу в выражения, видимо, совсем не стесняется. И мнение у него о собственном зяте не лучшее.
– Мне уже довольно давно наскучило вести дела в одиночку, и я искал партнёра. Хотелось кого-то с опытом в той же сфере. И Яр идеально подошёл. Тем более я слишком консервативен и мне был нужен партнёр, который чувствителен к новым идеям и веяниям.
– Не боитесь, что Яр вас угробит со своими новыми идеями? – Герман холодно усмехается одними глазами.
– Не думаю, – я пожимаю плечами, – тем более, за планирование отвечает ваша дочь, а у нее очень трезвый взгляд на вещи.
– Да уж, – Герман недовольно постукивает по подлокотнику кресла.
Интересно. Он вообще одобряет то, что Виола работает?
– Идем ужинать, – Регина приглашает нас в столовую. Она очень предупредительна и улыбчива. Ее приветливость немного сглаживает сложный характер мужа, – моя вторая дочь, Римма.
А вот сестра Виолы не похожа ни на мать, ни на нее. Римма копия своего отца, по крайней мере, внешне.
Пока мы рассаживаемся, Регина выходит из столовой и возвращается ещё с одним гостем. От его появления я пребываю в легком шоке.
– Привет, Рома, какими судьбами? – Виола немного настороженно, но приветливо улыбается ему.
Роман, я видел его в Москве, он предлагал Виоле деньги. Это с ним Яр что-то очень давно не поделил. Из-за Романа задерживается сегодня и, похоже, его он считает причастным к своему финансовому фиаско, из-за которого потребовалась моя помощь. Что он здесь делает и почему родители Виолы так ему рады?
– Твоя мама сказала моей маме, что ты приедешь, вот я и решил забежать, – Роман огибает стол и обнимает Виолу, немного, целует в щеку и касается ее так, что, мне кажется, Яр бы его прибил, если увидел бы, – хорошо выглядишь, правда, немного устала, – Роман закладывает выбившуюся прядь Виоле за ухо, – Яр совсем тебя не щадит с этой работой. Разве так можно?
– Ром, перестань, – Виола говорит уверенно, но тихо и мягко.
– Я присяду рядом, пока Яра нет. А он ещё не справился? Я думал, там вопрос на пять минут будет, – улыбается Виоле заговорщически.
– Ты специально. Рома, ты как ребёнок, честное слово, – Виола начинает немного заводиться, хотя и пытается себя сдерживать.
Я лишь с интересом слежу за происходящим, пытаясь понять, что и как. По тому, как остальные вообще не реагируют, поведение Романа, похоже, в порядке вещей.
– Прости, твой Яр как цербер, не даёт к тебе приблизиться, вот я и словчил, не сердись. О, Регина, это что-то новое?
– Ягнёнок, тебе понравится. И не обращай внимания на Виолу, совсем характер испортился.
Что?
Виола взрослая женщина, но мама говорит о ней, как о ребёнке. Герман согласно с Региной кивает. Похоже, они свою дочь вообще не воспринимают серьёзно.
– Вижу, – Роман печально вздыхает, – все Яр виноват.
– Немедленно перестаньте, – Виола встревает в разговор.
– Ты права, у нас гости, – Регина мне улыбается, – а мы как обычно.
– Илья, – Роман, наконец, обращает на меня свое внимание, – мы виделись в Москве, – он щурится.
Запомнил? Виделись же всего пару минут.
– Да, я помню.
– Зря ты с Яром связался, ничего хорошего из этого не выйдет. А зачем вообще? У тебя же все идеально шло в Москве. Ты все бросил, к нам переехал. Что тебе такого Яр вообще смог предложить?
Взгляд Романа становится цепким, жёстким. С трудом удерживаюсь, чтобы не посмотреть на Виолу. Не хватало только, чтобы Роман догадался. А мне кажется, он достаточно проницателен, чтобы это сделать.
