– Официально шашлыком теперь будет Яр заниматься, Илья бы все спалил, – Сергей усмехается и обнимает Веру. Они тут единственная классическая семья, даже забавно.
– Давайте за встречу, – все, наконец, рассаживаются в беседке, и Вера раздает бокалы с вином.
– Виола не пьет, – я отставляю ее фужер и ставлю стакан с соком, – и даже просто понюхать нет, – отрезаю сразу.
– Зануда, – Виола откидывается Яру на плечо и начинает попивать сок.
– Вот только не говорите, – глаза Веры расширяются, – не может быть, подруга.
– Может, – довольно кивает Виола и поправляет рубашку на уже увеличившейся красивой груди.
Все начинают бурно поздравлять, но вопрос отцовства так никто и не поднимает. Очень корректное отношение, за которое мы трое очень благодарны. Думаю, этот вопрос встанет еще и не раз, но сегодня мы обошлись без него.
Лера и Саша подсаживаются ближе к Виоле и начинают обсуждать какие-то тонкости беременности, о которых нам с Яром, похоже, лучше не знать. Поэтому мы оправляемся покурить мужской компанией. На самом деле покурить оправляется Сергей, а мы просто постоять и почесать языками рядом. Ви от запаха сигарет тошнит, так что мы с Яром их бросили мгновенно после второго же скандала на этой почве. Никита не курит по той же причине. Бросил еще в первую Сашину беременность.
Весь вечер тайком посматриваю на Никиту с Лерой и Сашей. Если Сашиной дочке два, то они, как минимум, три года вместе. Три года таких отношений и все нормально. Никита с нежностью смотрит на обеих девушек, так же как и они на него. Да, у них все совсем по-другому. Девушки любят его и друг друга.
– Даже не смотри на них так, – Виола шепчет мне на ухо, – в нашей постели никогда не будет девушки.
– Да я даже не думал, – со смехом оборачиваюсь к Виоле, в которой потихоньку начинает бродить ревность.
– Слышал, вы сворачиваетесь, – Никита переходит к делам.
– Да, постепенно, – Яр кивает, – ты знаешь, Герман нас в покое не оставит.
– Согласен, он уже душит тех, кто с вами работает. На меня тоже давит.
– Мы в курсе, – я отставляю еду, потому что аппетита уже нет. Отец Виолы реально не дает нормально жить.
– Он вас просто выживает отсюда, – Сергей еле сдерживается, – нельзя же так с собственной семьей.
– А я больше не часть семьи, – Виола растерянно озирается по сторонам и прижимается к Яру, при этом сжимая мою руку, – от меня отказались.
– Черт с ними, Виола, – кипятится Яр, – у тебя есть мы.
– Ви, все тебя поддержат, – Вера мягко улыбается, – просто они у тебя сложные. А мы тебя любим, вас любим.
– В любом случае, нам придется уехать, – я задумчиво перебираю пальцы Виолы, – нет смысла воевать с Германом, да у нас и не получится.
Вспоминаю, что в прошлый раз он пытался не просто подставить Яра, но и посадить. И понимаю, что уезжать нужно и как можно быстрее. Не хватало еще, чтобы Герман втянул нас в еще одну историю.
И еще я даже рад, что про нашего ребенка он не знает, не известно, какая на самом деле была бы реакция с его стороны.
– Я очень хочу уехать, – Виола качает головой, – хочу начать в новом месте, где не будет этой ненависти и предвзятости.
– Мы будем скучать, – Вера печально посматривает на подругу.
– Всегда ждем в гости, Вер, – отвечает Ви.
Ехать в гости к семье Ильи было страшно. Я чувствовала себя ужасной обманщицей и сейчас мне придется встретиться с людьми, которые раньше мне верили, а сейчас, скорее всего, ненавидят.
Гальштат такой же красивый, как и в прошлый раз. Заснеженные пики, узкие улочки с туристами и мостовые из булыжника, по которым было так приятно бродить.
Животик уже не скрыть, так что рассказывать придется сразу обо всем. Я бережно провожу по нему, когда мы подъезжаем к дому родителей Ильи и пытаюсь настроиться на любую реакцию. Яр и Илья стараются быть веселыми, но напряжение все равно витает в воздухе.
Мы решили, что при любом проявлении негатива сразу уедем, да и все. Мужчины упирают на то, что мне волноваться нельзя и моей беременностью никто рисковать не будет.
– Выходим, – Яр с Ильей уже вышли из машины рядом с домом и ждут, пока я соберусь с духом. На крыльце нас никто не встречает и мне кажется это дурным знаком. В прошлый раз знакомиться высыпали всей семьей.
Я выхожу, и на крыльце появляется Ольга и Эдуард следом за ней. Он обнимает жену за плечи, и оба вежливо улыбаются. А я не знаю, куда деть глаза, настолько некомфортно.
– Вы проходите, – Ольга отступает от двери и пропускает нас в дом, – давай, Виола, не стесняйся, – она берет мою руку в свои теплые ладони и утягивает за собой в дом.
Мы все заходим в большую светлую комнату с деревянной мебелью и большими окнами. Все как я помню – уютно и по-домашнему.
– Сейчас будем пить чай, я почти все уже накрыла, – Ольга помогает мне снять плащ и рассматривает животик, – уже, наверное, приличный срок.
– Двадцать пять недель, – поглаживаю по платью и невольно улыбаюсь.
– Толкается? – Оля прикладывает ладони к щекам и улыбается.
– Еще как, – мне кажется, у меня на глаза наворачиваются слезы, и становится жарко во всем теле.
